Рокировка

Хорошо, что вы с Саятаной занимались, так он сказал. Иначе бы все было хуже.

— Спасибо, Цеси, — произнес Аринэль. — И сколько я тут?

— Шестой день, — ответила мать, положив ладонь сыну на плечо. — Ари, а ты…

— Мам, говорю же, вижу как раньше, — ответил парень и улыбнулся. — Отлично вижу!

— Ох, уондо, — женщина обняла сына. — Кэма даа оа отуква мэ! (Как же я переживала).

— Доо (прости), — ответил Аринэль. — Касэ ириа таура аэквана (Теперь все будет хорошо).

— Ты даже стал лучше говорить на элварин, — продолжила на родном языке Вайлири.

— Удар по голове отлично проясняет мысли, — слегка пошутил Аринэль.

Честно говоря, парень сейчас и сам был в легком недоумении. Слова эльфийской речи слетали с языка так непренужденно, словно он ему был родной. В натуре, что ли перетряс башки, помогает с языками?

— Мам, говори со мной почаще на этом языке, — продолжил парень. — Мне нужна практика.

— На этом? — Вайлири сдвинула брови. — Аринэль, не этот, а элварин.

— Но я же человек? — удивился Аринэль.

— Аринэль быть элваром, это не значит иметь длинные уши, — на губах матери появилась легкая улыбка. — Элвар — это тот, кто чувствует лес. Сатаош был страшной наукой. Теперь мы смотрим внутрь, а не снаружи.

— Сатаош? — наморщил лоб Аринэль. — Ош — это беда… Большая беда?

— Я тебе потом расскажу, — ответила Вайлири и улыбнувшись, погладила парня по щеке. — Я позову мастера Цевитоса.

— Ага, — кивнул Аринэль.

Женщина встала и каким-то плавным, кошачьим таким шагом вышла из палаты.

«О сколько же нам открытий чудных… М-да. Ну, так то логично. Аринэлю было не тридцать, а тринадцать. Толку рассказывать, по сути, ребенку, о каких-то серьезных вещах. Но интересно, что же это за Сатаош такой?»

* * *Другой мир, да? Аринэль, стоя на крыльце дома мастера Цевитоса, поднял голову.

Мимо прошел мужчина, с мечом на поясе. Парень сразу зацепился за него взглядом. Широкоплечий, в светло-серой рубахе с длинными рукавами. «Поддоспешная» подсказывает память. Простые серые штаны. Широкие штанины заправлены в сапоги. А тут мода на обувь простая. Аринэль и сам стоял в коротких сапогах.