Развод на новый год

Я хотел прикрыть ладонью лицо, но с ужасом понял, что у меня не получится пошевелить даже пальцем.

Я чувствовал тело, но оно было не моим. Что-то чужое и твердое лежало на неудобной кровати, и мозг убеждал, что это полено теперь я.

Голова болела так, будто накануне я пережил гильотину.

Во рту сухо и тяжело дышать. А еще моргать, говорить, думать.

Едва собравшись с силами, я огляделся и увидел Соню. Моя жена полулежала на больничной кушетке возле двери. Русые волосы, немного темнее ее обычного цвета, рассыпались по лицу, не давая мне разглядеть знакомые черты.

Я сглотнул. Соня была беременна. Моя жена беременна моим ребенком! Это невероятно, но не невозможно, по крайней мере так говорили врачи. Дыхание участилось, кровь застучала в висках так громко, будто кто-то был в барабан.

- Сонечка, - позвал я.

Она потянулась, откинула с лица прядь и ахнула, увидев меня.

- Макс, ты очнулся!"

"Кинулась к кровати, наклонилась и провела ладонью по моему лбу. Сонины руки всегда были горячими. Во сне она накрывала своими ладошками мою грудь, даря такое ценное тепло, телесное и душевное.

- Я сейчас позову Егора! Я сейчас!

Брата я так и не дождался. Меня вырубило за несколько секунд и единственная мысль, успевшая прийти в голову была до омерзения логичной:

“Это не Соня, дебил. Это Люба”.

Когда я очнулся во второй раз, на кушетке уже сидел Егор. Солнце больше не светило в окно, а судя по теням на лице брата, спал я долго.

- Пить, - слова давались мне с трудом.

Егор дернулся во сне, а потом резко, как по команде открыл глаза и уставился на меня.

- Пить хочу, - повторил я.

- Ага, сейчас… - Брат неловко осмотрелся… - Слушай, старик, я сейчас сбегаю, там в коридоре кулер стоит, только ты не вырубайся, ладно? И не умирай, что ли, хорошо?

Я кивнул. Медленно, будто на шее висела гиря. Голова болела так же сильно, только боль была не такой острой.

Через несколько секунд мне ко рту поднесли стакан.

- Старик, ты нас всех до усрачки напугал, - прошептал Егор.

Он осторожно держал стакан, не давая мне захлебнуться. Вода медленно стекала мне в глотку, по капле в минуту. Я бы выпил все одним глотком, но сил на это не было.

- Ну, хватит, врач сказал, что много нельзя.

Егор убрал от меня заветную жидкость.