Развод на новый год

С ней приходит и иллюзия безопасности. Я смотрю на женщину перед собой, она раздавлена. Она выкинула белый флаг до начала войны. И в этом нет ничего плохого если это ее решение. Но если нет… - Поймите, если подавить у вас волю, вами станет легко управлять. Есть такая психологическая пытка - не давать спать. Со временем это так действует на психику, что человек сам не понимает, как становится ко всему равнодушным, на все согласным.

- Но при чем здесь я? У меня все хорошо со сном. Я постоянно сплю!

- Постоянно, - с нажимом повторяю я и смотрю в округлившиеся глаза Лилии.

- Вы думаете, мне добавляют наркотики? Ну это… это чересчур!

Я смотрю на телефон. Мы тут больше двух минут. Еще немного и мое пребывание в туалете будет подозрительным.

- Не наркотики, - быстро тараторю я, - достаточно совместить антидепрессанты и седативные и получим спокойную, вечно сонную, ко всему равнодушную женщину. Да, она готова разводиться, но уже не помнит почему, и не так уж хочет делить имущество.. Только если это не диван, на котором можно вздремнуть.

Вы когда-нибудь принимали подобные лекарства? - Лиля испуганно качает головой. - Значит и с дозировкой на этапе входа в терапию можно пошалить. Чего-то больше, чего-то меньше, и вот у вас постоянно болит голова, а сон хоть и длительный,но неглубокий и прерывистый.

- Я постоянно просыпаюсь по ночам, - в ужасе шепчет Лиля, - потом не могу заснуть, и отсыпаюсь уже днем.

Мелодия снова обрывается, но звонить на телефон в четвертый раз опасно.

Как и оставаться здесь дальше."

"Я снова протягиваю Лилие банку с непроливайкой и взглядом умоляю ее сделать то, что мне нужно.

- При вас?!

- Да Господи, я отвернусь, - шепчу и отхожу к двери.

Если бы была возможность, я бы даже объяснила Лиле, почему мы не купили банку для анализов. Титов прав, нас и Исмаилову умеренно контролируют, следят, чтобы все мышки сидели по своим мышеловкам. И если бы мы зашли в аптеку, то Тиграну быстро бы доложили, что именно купил адвокат его жены. А так, возможно идиоты охранники не сразу сложат два и два.

Пластиковая непроливайка в числе прочей канцелярии для ребенка. Громкий разговор на улице и всего пять минут, которые мы провели в номере Лилии. После этого я смогу забрать анализ и поеду не в лабораторию, а к себе домой. И уже оттуда отправлю нашу няню с баночкой в ближайший Геотест, чтобы нигде не фигурировала ни моя, ни Лилина фамилия.

Это хороший план. Почти безупречный. Если не одно маленькое “но”.