Разрушенный дворец

Ронни вспыхивает. При отработке приема «Оклахома» один из игроков атакует другого, а остальные члены команды стоят вокруг них. Ист почти никогда не проигрывает, и уж тем более Ронни.

– Да пошел ты, Истон. В этом вся ваша проблема, Ройалы: вы считаете, что все можно решить насилием.

Мой брат делает шаг вперед.

– Это футбол. Здесь должно быть насилие.

– Все с вами ясно. Значит, для вас убить женщину, которая вам не нравится, – это норма? – Он кривит рот в противной улыбке. – Наверное, поэтому ваша мама и покончила с собой.

Устала жить с такими психопатами.

Последнее терпение лопается, и мои глаза застилает красная пелена. Этот кусок дерьма может говорить обо мне все что ему вздумается, но впутывать в это мою маму?

О нет, черт подери!

В мгновение ока я подлетаю к нему, мой кулак врезается ему в челюсть, и мы оба падаем на пол. Вокруг нас раздаются крики. Чьи-то руки хватают меня за шиворот, за футболку, но никому не удается оттащить меня от Ронни.

Я слышу тошнотворный треск, и меня охватывает животное удовлетворение, когда из ноздрей Ронни начинает хлестать кровь.

Я сломал ему нос, и мне сто раз плевать на это. Еще один удар, на сей раз в подбородок, – и меня вдруг дергают назад.

– Ройал, мать твою! Где твоя голова?!

И в ту же секунду гнев, бурлящий внутри меня, сменяется беспокойством. Это тренер оттащил меня от Ронни, и теперь он стоит передо мной с раскрасневшимся лицом и полыхающим от ярости взглядом.

– Пойдем со мной, – схватив в кулак подол моей тренировочной футболки, рычит он.

В раздевалке становится тихо, как в церкви.

Ронни, пошатываясь, поднимается на ноги и вытирает свой кровоточащий нос. Остальные парни глядят на меня с опаской. Пока тренер тащит меня к двери, я замечаю тревогу на лице Истона, огорчение на лице Уэйда и разочарование на лице Хантера.

Мне становится стыдно. Проклятье. Я пытался доказать этим парням, что Ройалы не решают все проблемы кулаками, а в итоге первым полез в драку.

Черт.

Глава 6

ЭллаСлухи об аресте Рида распространяются как пожар в прерии.

Я стою за кассой в пекарне и слышу обрывки перешептываний, ощущая на себе тяжесть брошенных украдкой взглядов. То и дело звучит фамилия Ройал. Одна стильно одетая пожилая дама, которая приходит каждый понедельник, чтобы заказать себе черничную булочку и чашечку чая «эрл грей», спрашивает меня прямо в лоб:

– Ты живешь в семье Ройал?

– Да.

Я провожу по аппарату ее платиновой картой и затем протягиваю кредитку обратно.

Она поджимает накрашенные розовой помадой губы.