Разрушенный дворец

 – О каких услугах может попросить меня Джордан? Знаешь ли, мне совсем не хочется приклеивать к школьной стене какую-нибудь девчонку только потому, что она заговорила с парнем Джордан.

– Я думаю об этом с самого ланча, – отвечает Вэл.

– И?

– Мне кажется, что если она попросит тебя о чем-то, это еще не означает, что ты должна будешь выполнить просьбу. Ты должна ей ответную услугу – любую, а не какую-то особенную.

– Хороший аргумент. – Я давлю на педаль газа, хотя ненавижу быструю езду, да и вообще управлять машиной, но особенно ехать быстро.

– Например, она попросит тебя сделать что-то, чего ты совершенно не хочешь. Тогда ты просто скажешь ей придумать что-нибудь другое.

– И правда. Так я сдержу слово, если соглашусь на ее предложение, но право вето на всякое дерьмо все равно позволит мне выполнить условия договора.

– Вот именно, – соглашается Вэл. – Значит, ты собираешься согласиться?

– Думаю, да."

"Предложение Джордан решает все мои проблемы.

– Это ведь временно, пока не вернется та девчонка, – говорю я. – Так что на самом деле я буду просто ее заменой.

– Ты хочешь, чтобы я передала ей твое «да»? – спрашивает Вэл.

– Она сейчас рядом с тобой? Дважды моргни, если ты в опасности, – въезжая в гараж отеля, шучу я.

Вэл смеется.

– Нет, она на тренировке. И знаешь, тебе это понравится. Джордан составила расписание так, что группа поддержки занимается в одно время с футболистами.

– Здорово! – Я улыбаюсь сама себе. – Ладно, скажи ей, что я в деле и выполню свою часть сделки, когда она захочет.

Вэл снова усмехается.

– Вас понял! Доставлю ей сообщение, когда она вернется домой.

* * *Лифт не понимает, что я опаздываю уже минут на пять, и целую вечность поднимает меня на сорок какой-то там этаж.

– Ой, вы посмотрите на нее! – презрительно усмехается она с кожаного дивана. – Какая на удивление послушная! Как маленькая собачка, которая прибегает по первому зову, садится, когда ей приказывают сесть, встает, когда ей приказывают встать.

В ее руке очередной бокал, а может, это все тот же, что был утром, только Дина наполняла его в течение дня.