Разборки авторитетов

Сивый был рад, что в этот день площадка перед домом оказалась пустынной. Он считал себя профессионалом, а потому брака в своей работе допустить не мог – не должно быть никаких лишних жертв. И если бы сейчас у подъездов толкались старики или озорными стайками шныряли ребятишки, он отложил бы смертельную затею до более благоприятного случая.

Сивый терпеливо следил за тем, как «Мерседес» приговоренного выходил из крутого поворота, видел, как задние колеса заехали на тротуар, едва не задевая блестящим бампером ограждения, и как капот поравнялся с мусорным баком.

Следующая секунда принадлежала ему.

Сивый нажал на маленькую красную кнопку, и взрыв направленного действия мощно ударил в корпус «Мерседеса». Двухтонный автомобиль, напоминая в своей беспомощности маленькую игрушку, подкинутую злодейской рукой, прокрутился несколько раз в воздухе и, упав на землю, продолжал движение, переворачиваясь с боку на бок, ломая на своем пути металлические заграждения, «грибки» и детские горки.

Искуроченный, с вырванными взрывом дверями автомобиль замер лишь в самом центре детской площадки. На переднем сиденье, уткнувшись головой в руль, навсегда успокоился бандит-беспредельщик по кличке Гном.

С минуту Сивый смотрел на то, что осталось от машины, и, когда убедился, что Гному уже никогда не стать лидером питерской братвы, не спеша зашел за угол, выбросил пульт в мусорный бак и зашагал в сторону метро.

Глава 48"

"Тихая загородная дачка на берегу Финского залива, где Пузырь поселился две недели назад, оказалась действительно райским уголком.

Здесь все было по высшему классу: красивый участок с реликтовыми соснами, обнесенный высоким забором, дом с шикарной отделкой, уютная гостиная с камином, великолепная мебель, зал спортивных тренажеров, в холодильнике – отличная жратва. Но самое главное удовольствие доставили Пузырю две девицы – студентки университета, которых он прихватил с собой на пару дней, но вот уже две недели никак не мог с ними расстаться. Они были настоящими богинями любви. В сочетании с филологическим образованием их непостижимые возможности в постели вызывали в нем самую бурную и разнообразную гамму чувств.

Как только и в каких только видах Пузырь не имел этих девчонок. Они давали ему и стоя, и лежа, и в гостиной, и в ванной. Он имел их в любое время дня и ночи. Искусницы умели возбудить его буквально через каждые полчаса, целуя его во все мыслимые и немыслимые места.