Разборки авторитетов

Хмельной от обильных возлияний, отяжелевший от жратвы, он отпускал сальные шуточки в адрес своих спутниц, предвкушая, похоже, сладкую ночь на десерт в их обществе.

Леонардо, укрывшись в тени густого платана, терпеливо ждал, когда Коротконогий повернется к нему затылком. Как только свет фонарей выхватил широкую проплешину под макушкой, бывший боксер хладнокровно нажал на спусковой крючок. Коротконогий дернулся и повалился ничком на тротуар.

На следующий день Монтиссори без слов выложил двадцать кусков, а еще через неделю снова предложил подобную работу.

Позже, когда убийство стало для Леонардо Томмазо таким же обычным делом, как некогда выступление на ринге, а гонорары за выполненную работу уже составляли шестизначные цифры, он признался себе, что тот выстрел в Коротконогого был для него самым трудным, и ему долго не давал покоя визг обезумевших от ужаса женщин.

Для всех остальных Леонардо Томмазо оставался личным телохранителем Монтиссори, и только немногие знали об истинном назначении бывшего боксера.

С возрастом Леонардо стал осознавать, что быть киллером – не самый безопасный вид деятельности и менее рискованно было бы работать докером или хотя бы шарить по карманам где-нибудь на вокзалах или в аэропорту. Со временем он хотел бросить опасное ремесло и дожидался лишь случая, чтобы, получив гонорар за выгодный заказ, уехать куда-нибудь во Флориду, где можно, позабыв прошлую жизнь, открыть небольшой боксерский клуб или автосервис по ремонту легковых автомобилей.

К осуществлению своей мечты Леонардо Томмазо сумел приблизиться только теперь, когда дон Монтиссори впервые пригласил его в свой загородный дом.

Альберто Монтиссори не стал томить ожиданиями преданного человека. Он радушно улыбнулся и сразу перешел к делу.

– Дорогой Леонардо, у меня к тебе просьба, только не знаю, как ты к ней отнесешься.

– Я весь в вашей власти, дон Монтиссори.

– Ну-ну, мне этого совсем не нужно, – расхохотался дон. – Вполне достаточно и того, что ты аккуратно выполняешь некоторые мои поручения. Ты один из тех людей, на которых я всегда могу положиться.

Монтиссори слегка обнял Леонардо за плечи. Это получилось у него почти по-отечески.

– Я очень рад, дон Монтиссори, что вы так высоко оцениваете мой скромный вклад в дело семьи.