Раз и навсегда

Виктория развлекала нескольких молодых леди, прибывших с визитом как раз по этому случаю, когда объект их оживленной романтической беседы быстрыми шагами вошел в салон. Громкий смех перешел в нервное невнятное бормотание, стоило лишь гостьям узреть перед собой впечатляющую фигуру непредсказуемого маркиза Уэйкфилда, облаченного в иссиня-черную куртку для верховой езды и обтягивающие черные бриджи, что придавало ему потрясающе мужественный вид. Ничего не подозревая о том, какой эффект произвело его появление на впечатлительных дам, многие из которых втайне сами лелеяли надежду завоевать его любовь, Джейсон наградил их ослепительной улыбкой.

– Доброе утро, леди, – поздоровался он; затем обратился к Виктории, и его улыбка стала более теплой. – Не могли бы вы уделить мне минутку?

Извинившись перед гостьями, Виктория последовала за ним в кабинет.

– Я не задержу вас, – пообещал он, доставая что-то из кармана куртки. Без лишних слов он взял ее руку и надел ей на палец тяжелое кольцо. Виктория воззрилась на перстень, закрывший всю фалангу пальца.

– Джейсон, это просто сон! – выдохнула она. – Спасибо!

– А где же благодарственный поцелуй? – нежно напомнил он, и когда девушка приблизила к нему лицо, он впился в ее губы долгим жадным поцелуем, от которого она забыла обо всем на свете, а ее тело обмякло, как вата."

"Потрясенная его страстью и ответной реакцией на нее своего тела, Виктория устремила вопросительный взгляд на своего визави, пытаясь понять, почему поцелуи Джейсона всегда так ошеломляюще действуют на нее.

Он посмотрел на ее чуть приоткрытые губы.

– Может быть, в следующий раз в вашей душе появится желание поцеловать меня по собственной инициативе?

Сердце Виктории тронула нотка тоскливого разочарования, вроде бы послышавшаяся в его голосе. Ведь он предложил ей выйти за него замуж, а в ответ просил совсем немногого.

Поднявшись на цыпочки, она провела рукой по его мускулистой груди, обняла его за шею, а затем приникла губами к его губам.

Сама себя не понимая и действуя как бы помимо своей воли, Виктория погрузила пальцы в роскошную темную шевелюру, зарылась в нее, погладила мягкие волосы на его затылке, а ее тело тем временем плотно приникло к нему. Казалось, так прошла вечность. Но вдруг наступила резкая перемена.