Босс для Золушки (СИ)

Я в ответ киваю и улыбаюсь куда более искренне. Из всех партнёров Царевичева только лёгкий в общении Василий не вызывает у меня напряга. Наоборот, такое ощущение, будто он для меня прост и понятен, как хороший, но очень хулиганистый брат.

— Катя, я украду у тебя ненадолго Артёма? — риторически, но вежливо говорит Батянин.

— Конечно, — отвечая, я стараюсь не смотреть на страшный шрам этого человека. У меня всегда плохо получается скрывать свои эмоции, а ему моя реакция может быть неприятна.

Пока Царевичев с Батяниным толкуют о своих делах, я подхожу ближе к беседке.

Входить внутрь не хочу. Поворачиваю в сторону и медленно прогуливаюсь между красивых клумб. Тут все организовано с таким вкусом и размахом, что сразу ясно — работа профессионального ландшафтного дизайнера.

Присаживаюсь на скамеечку и смотрю на пышные бутоны алых роз вокруг. Аромат потрясающий. Хочется просто вдыхать его и ни о чем не думать.

— Ты чего заскучала, Катюша? — рядом со мной на скамейку плюхается Боярка. Он с аппетитом жуёт что-то и вытирает пальцы салфеткой.

— Я не заскучала. Просто сижу, — объясняю я. — Тут так хорошо. Люблю розы.

При моих словах этот шутник сразу же беспощадно срывает один цветок, надламывает на стебле шипы и торжественно изрекает самую дурацкую банальность:

— Роза для розы!

При этом на его лице такая нарочито серьезная гримаса, что я трясусь от смеха.

— М-да… — с притворной печалью Боярка качает головой.

— Ладно, роза принимается, — говорю я и протягиваю руку.

Но Боярка ловко уклоняется от нее и втыкает стебель мне в волосы. Потом склоняет голову набок и с видом художественного критика цокает языком:

— А неплохо смотрится.

— Это уже слишком, — бурчу я и тяну цветок назад. — Сейчас он запутается, и потом весь вечер с ним возиться… Блин! Ну так и знала. Боковые стебельки застряли. Фиг теперь распутаешь…

— Так, спокуха, — сообразив, что создал мне проблему, Боярка отбрасывает шутливость и начинает командовать: — Наклони голову, сейчас разберемся….

Совместными усилиями цветок из моих волос мы извлекаем. Правда, совсем без жертв не обходится, и несколько волосков остаются на многострадальной розе.

— Спасибо, настоящий друг, — хмыкаю я. — За то что не оставил меня без скальпа…

— Ага, я такой. Вот, ещё листик тут остался, — Боярка протягивает руку к моему виску.