Райская птичка

Вот и представился случай самой оценить. Долго она смотрела на эту дамочку, с виду ничем не примечательную, такую же – красивую, стройную, ухоженную, - каких около него крутилось бессчётное количество. Но что-то же было, раз он так привязался к ней. А то, что привязался, отрицать было бессмысленно, даже если это больно било по её женскому самолюбию. Невыносимо было признать её превосходство, но от этого никуда не деться. Неважно, если сама она, после последнего откровенного разговора, отказалась от Данте, Ей это знать не обязательно.

- Можем спросить у него, - лениво ответила блондинка. Лениво и спокойно, ничуть не волнуясь, но тем больше заставляя нервничать собеседницу. Её злил этот разговор и ещё больше злило отсутствие собственных аргументов.

- Мне кажется, он не оценит твоих стараний. Понравится ли ему, если он узнает об этом разговоре, как ты думаешь? – вкрадчиво поинтересовалась Алисия, что в её устах звучало как угроза. Предупреждение.

- Ты не слышишь меня, Алисия. Я тебе предлагаю спросить у него.

Слегка покоробило, что незнакомка обращалась к ней по имени, притом, что как её зовут, Алисия не знала. Почти невидимое, но преимущество. Всё же, она старалась держаться нагло и раскованно, как привыкла, но что-то мешало ей расслабиться и сказать всё, что она хотела бы. Что-то останавливало от того, чтобы нагрубить. Но очень хотелось.

Самодовольная улыбка сверкнула на алых губах бывшей любовницы Данте, но тут же померкла, потеряв свою яркость, когда Энджел набрала на сотовом хорошо известный той номер и положила телефон на стол.

- Он не любит интриганок, - бросила она и шагнула, намереваясь уйти.

- Тебе лучше знать, - Энджел не осталась в долгу, оставляя за собой последнее слово.

Рыба на тарелке выглядела очень аппетитно, хотя почти остыла. В какой именно момент её принесли, даже не заметила. Так была поглощена разговором. Внутреннее напряжение ещё не отпустило, оно понемногу выплёскивалось, всё ещё держа в тонусе.

Алисия ушла. Другого исхода их нелёгкой беседы ожидать не приходилось. Это и не могло быть иначе.