Райская птичка

А пальцы невольно шевелились, поглаживая его поясницу, скользя по гладкой ткани чёрной рубашки.

- Хочу спросить, - после минутного молчания начал он.

- Что? – Она немного напряглась, что он сразу почувствовал. И сильнее сжал её, словно она уже начала вырываться.

- Твой желудок успокоился?

- В каком смысле? – Не поняла вопроса, потому что ждала совсем другого, и что-то подсказывало, что на этом он не остановится.

- Ты говорила, что плохо себя чувствуешь. Говорила, что у тебя болит желудок. Ты беременна, Птичка?

- С чего ты взял? – От удивления она отстранилась и посмотрела ему в глаза.

- Самая лучшая контрацепция – это не заниматься сексом. Остальное - до поры до времени. Так, что если что… Я должен знать сразу.

- Ты напрасно переживаешь по этому поводу, - отмахнулась она.

Странно, что он вообще завёл об этом разговор. Сама она давно не позволяла себе думать на подобную тему. Запретила мечтать о детях. По крайней мере, как он сказал – до поры, до времени.

- Я вообще не переживаю по этому поводу. Я переживаю по другому.

- И по какому же? – Теперь хоть напрягайся или нет, но разговор он начнёт. Чувствовала. Знала, что именно он спросит.

- Меня волнует твоё здоровье. Твоё зрение. Что значит «когда ты ослепнешь»? – Он повторил её фразу. И вообще вопрос построил так, чтобы было наиболее «удобно» говорить на эту тему. Несмотря на это, она попыталась высвободиться из его объятий. Уже закономерно – не смогла.

Он не отпустил её. Хотел смотреть ей в глаза и чувствовать, что её напрягает.

Он долго подбирал слова. Думал, как начать этот разговор. Не раньше и не позже, а именно сейчас самое время поговорить. Не стоило сразу расспрашивать её, когда она сообщила о своих проблемах, но и тянуть – сущая глупость.

- В самых своих смелых мечтах я надеюсь, что нет. Если операция пройдёт успешно. – Собралась она и ответила.

И спряталась от него же в его собственных руках. Высвободилась, но не оттолкнулась, а переместила руки на плечи. А он обнял её ещё сильнее. Тонкая блуза - не преграда. Кожей она чувствовала его горячие ладони. Всем телом чувствовала его тепло. А саму дрожь пробирала. Странная мелкая дрожь.