Противостояние

Если бы не перфорированные стальные щиты, в руках бойцов и пластиковые «Джеты» на головах с прозрачным поликарбонатным забралом, то можно было решить, что здесь и сейчас происходит историческая реконструкция.

Металлический лязг, приглушенные команды и тихий мат, оповещал о приготовлениях спецназовцев. Первый ряд щитов опустился вниз, тихо стукнувшись об обледеневшую землю, второй ряд щитов, поднялся над головой, прикрывая головы первой шеренги бойцов, еще три ряда горизонтально подняли щиты над головами.

— Глаз, слезь с крыши, — приказал Владимир, обращаясь к молодому бойцу, — не привлекай внимания. А то, как прилетит каменюкой и будешь еще глупее, чем обычно!

— Командир, что-то они сегодня, непривычно дисциплинированные! Как бы не прорвались! — с опаской в голосе сказал Глаз, слезши с крыши автобуса. — ВоВаны, вон уже дергаются.

— Не бзди Глазище, ВоВаны дрогнут, мы им враз подсобим! — опуская забрало шлема, самоуверенно произнес Жбан, огромных размеров детина, который по своим габаритам превосходил даже Словника.

— Дурак, ты Жбан, сейчас эти отморозки так тебя разогреют бутылкой с бензином, что до конца жизни будешь помнить! — зло прошептал Леший, отворачиваясь и незаметно для окружающих крестясь.

— Прекратить разговоры! — привычно одернул своих подчиненных Владимир.

"С того места, где стоял Словник было хорошо видно, как разрозненные и еще пока тонкие «ручейки» бойцов противника вытекают из недр баррикад. «Ручейки» сливались друг с другом, переплетались, менялись местами и перетекали из одного конца улицы в другой, постепенно сливаясь в одну большую, мутную, полноводную реку. Реку, которая грозила смести все на своем пути. Действительно, сегодня толпа была настроена более агрессивно… хотя, казалось бы, куда уж более агрессивно?! Стычки с митингующими происходили с определенной интенсивностью и периодичностью — как пройдет очередное народное Вече на Майдане, так сразу же жди в гости «майданутых», которые только и жаждут чтобы очередной булыжник проломил голову сотруднику милиции, а лучше всего, чтобы одетый в синее «хэбэ» молодой пацан из внутренних войск катался по земле, пытаясь сбить с себя пламя.