Противостояние

В ответ прозвучали первые выстрелы, Словник перекатом ушел за борт автобуса и, заменив магазина в автомате, снова открыл огонь.

Панас подхватил с земли длинную монтировку и несколькими ударами пробил борт автобуса, добираясь до топливного бака.

— Все Слон, пора отходить.

Владимир вскочил с земли, поджег тряпку и бросил её себе под ноги — в лужу бензина, которая натекла из расстрельных бутылок. Огненная змейка взметнулась к груде коробок наваленных за автобусом и, охватив её плотными кольцами огня, поглотила, подняв к небу протуберанец огня.

— Во, мля! — встревожено вскрикнул Панас. — Ходу, командир, ходу!

Пули с той стороны летели плотным роем и то, что ни Панас, ни Слоне были еще не ранены, можно объяснить только невероятным везением и чудом. Парни бежали, как сумасшедшие, до безопасной баррикады надо было пробежать всего ничего — каких-то пятьдесят-семьдесят метров и они проскочили эти метры за пару секунд, но вот только время растянулось так долго, что казалось, будто они бежали целую вечность.

— Ты самый сумасшедший псих из всех кого я знал, — тяжело дыша прошептал Панас, лежа на земле.

— Сам дурак, — огрызнулся Слон. — Ты как? Нормально? Что-то ты тяжело дышишь.

— Все нормально. В боку только что-то колет, — Панас перевернулся на спину и ощупал курку под бронежилетом. — Твою мать! У меня кровь! Я ранен, — кровь на ладони зловеще мерцала в свете пламени горящего автобуса.

— Покажи.

Словник, подсвечивая себе зажигалкой, расстегнул липучки бронежилета Панаса, расстегнул куртку и выправил из штанов майку. Сквозная рана, пуля прошла вскользь оставив после себя глубокую борозду.

— Ну, что там?

— Все нормально Панасыч, все нормально. Всего лишь глубокая царапина.

Словник действовал на автомате: обработать рану обеззараживающим средством, вколоть противошоковый препарат и наложить тугая повязка.

— Что тут у вас? — Леший плюхнулся рядом.

— Панаса подстрелили, но ничего серьезного. Надо оттащить его в тыл на позицию Глаза, а молодой пусть придет на замену.

— Сделаем командир, — Леший помог Панасу подняться и, держась друг за друга, они двинулись в темноту.

«Ксюха» Панаса и весь боезапас остался лежать на земле, Слон подгреб все это поближе к себе. Автобус полыхал огромным костром, отлично освещая все вокруг.