Предатель. Цена ошибки (СИ)

Прислоняюсь лбом к холодному кафелю, сжимаю руки в кулаки, думая о девушке. Злость раздирает, что я не смог сделать всё правильно. Облажался. Подставил свою девочку, которую пытался оградить.

Лиза… Она ведь не заслужила ничего из этого. Ни подозрений, ни ночных побегов, ни боли. Я сам ей много боли причинил, но сделаю всё, чтобы от других защитить.

Левченко, Левенко, Лавренко – как бы его там не звали – устроил всё на работе. Лиза не потеряет свою должность, просто уйдёт на больничный в связи со здоровьем.

У Рязанова есть знакомая, которая держит загородный комплекс.

Если всё не решится в ближайшее время, то Лизу лучше действительно туда отправить. Отдохнёт, найдёт чем себя занять. Тёма сможет договориться, чтобы её не беспокоили.

У Рязанова, кажется, есть знакомые везде. Вот кто правильно распорядился семейным наследием и связями.

А я – дебил.

Решил, что раз меня лишили наследства, то просто отпустили. Можно откреститься от семьи и жить так, как хочется. С той девочкой, которая во мне лучшее пробуждала.

Ослеп, не заметил, что это был отпуск. Отец ждал, когда я наиграюсь в самостоятельность, завою от скуки и вернусь в семейный бизнес. И был очень зол, когда понял, что я доволен своей жизнью.

Конечно, не привычный поток денег, но мне хватало.

А теперь всё разрушилось.

Потому что…

Отец был прав.

Чем больше силы, тем легче жить.

Я эту силу не наращивал, не думал. Был беспечным, с фальшивой свободой и глупой верой в то, что моему браку ничего не будет угрожать. Но теперь это изменится.

Отец сам мне вручил ресурсы, а я найду как ими воспользоваться. И да. Жить станет действительно легче в момент, когда Аслан Юсупов останется без поддержки, денег и власти.

Ничего не сможет сделать.

Думаю об этом, энергия потоком приникает в меня. Подстегивает двигаться дальше, не останавливаться за шаг до финала. У любого человека есть предел.

Я своего не достиг.

Выхожу из ванной, обмотав полотенце вокруг бедер. Двигаю на кухню, нужно закинуться кофе и ещё немного поработать. Встреча с отцом была сложной и долгой, но он ни словом не обмолвился, что потерял из вида мою жену.