Право на первую пулю

Пуля была от американской снайперской винтовки Barrett M82, калибра двенадцать и семь на девяносто девять миллиметров. Самая мощная из американских снайперских и самая распространенная в мировом военном пространстве винтовка. По крайней мере, состоит на вооружении большинства стран блока НАТО, исключая Великобританию, которая стреляет из своей винтовки «двадцатого калибра», то есть, по сути дела, почти пушечным патроном. Пытался создать свою винтовку «двадцатого калибра» и известный американский изобретатель и производитель оружия «Барретт», но его винтовка М-107 имела такую отдачу, что буквально выбрасывала из окопа снайпера, и М-107 не приняли на вооружение.

Зажав пулю между указательным и большим пальцами, я показал ее, такую крупную, генералу и подполковнику Ягужинскому.

– Да, такая дура могла бы и через бронежилет ребра мне сломать, – сказал на это Ягужинский.

Я бросил взгляд на его бронежилет. Бронежилет был из простых титановых пластин. У меня во взводе рядовые бойцы давно уже носят металлокерамические бронежилеты, имеющие к тому же с внутренней стороны специальные амортизирующие валики-прокладки, которые позволяют не получить тяжелую травму в случае попадания крупной пули.

– А пуля-то… Почти не деформировалась, только слегка оцарапалась о камни и землю. Глубоко хоть в землю вошла? – генерал посмотрел на меня.

– Никак нет, товарищ генерал, почти на поверхности была…

– Тогда я ее сумел бы, пожалуй, даже своим животом отбить… – усмехнулся он.

У генерала, похоже, не было иллюзий относительно своей внешности, и он умел над собой посмеяться. Но я поддержать Василия Васильевича не рискнул. Одно дело, когда над своим животом смеется он сам, и совсем другое, когда это же действие позволяет себе какой-то командир взвода, пусть и в звании майора.

– Это ж все равно, что камень из рогатки, – добавил генерал.

– Из самодельной… – вставил свое слово Ягужинский. – Современные боевые рогатки бьют – не приведи боже… Особенно если в голову попадут. В том числе и стрелами бьют.

– Я и имел в виду самодельную, – поправился генерал. – Я сам их в детстве, наверное, сотню сделал.