Право на сына

Стас гладит меня по спине, а моя голова покоится у него на груди. Так… по-настоящему.

— Мы не предохранялись, — говорит он. — Ты пьешь… таблетки?

Я запинаюсь. Мне неудобно говорить с ним об этом, но он должен знать, что я не смогу иметь детей. А еще о том, что Даня его сын. Лучшего момента для откровений и не придумаешь.

— Я… не могу иметь детей.

Повисает пауза. Стас непонимающе смотрит на меня, приподнимает брови в удивлении и замечает:

— Даня ведь есть.

— Он… стечение обстоятельств. Я проходила курс лечения, чтобы забеременеть, провела ночь с мужчиной и у меня получилось, но мой врач сказала, что у меня больше не будет возможности родить.

Я жду, что он что-то скажет, как-то отреагирует, спросит что угодно и это даст мне возможность признаться, но он молчит. Молчание начинает давить, сердце пускается вскачь от волнения и страха. Стас как-то тяжело на меня смотрит, склоняет голову набок и… отстраняет от себя. Просто отодвигает, делая так, чтобы я пересела на свое место.

— Стас, я… должна была сказать раньше, — оправдываюсь.

— Ты использовала меня, — произносит он. — Три года назад, — поясняет он, когда натыкается на непонимание, написанное у меня на лице.

— Как ты узнал? — выдыхаю, переплетая пальцы рук между собой.

Он узнал.

Я не успела ему сказать.

Он узнал всё сам.

— Сестра сказала, когда пришла в себя.

— Стас, я…

— Я ждал, что ты скажешь, — перебивает он.



Глава 40

Я сотни раз представляла, как буду признаваться Стасу в том, что Даня его сын, но не думала, что всё будет так. После жаркого сближения и полного лишения сил. Я едва могу разговаривать, а Стас явно намерен обсудить все случившееся. Перебираю в голове, о чем сказать в первую очередь.

О том, что выпила таблетку, но она просто не сработала?

Или признаться, что действительно поступила плохо?

А, может, начать с диагноза?"

"В самый последний момент появляется желание сказать, что я ни на что не претендую и раз сын ему не нужен, Даню собираюсь растить сама, но молчу.