Последняя из рода. Скованные судьбой.

Кто твой хозяин?

Мужчина закашлялся, в его взгляде мелькнуло что-то, похожее на страх, но он тут же попытался спрятать это за усмешкой. Она вышла слабой и жалкой.

Талила с трудом сглотнула.

— Не все тебе побеждать, — прохрипел убийца, вытирая рукой кровь, стекавшую на губы. — Однажды кто-то... окажется сильнее... Ты не неуязвим... и пророчество будет исполнено...

В глазах Мамору блеснул гнев такой силы, что воздух вокруг него наэлектризовался, словно от удара молнии. Он склонился ниже, так что его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от лица пленника.

— Кто-то, — повторил Клятвопреступник, и уголки его губ изогнулись в едва заметной улыбке. Она не была дружелюбной. — Но не ты.

В следующую секунду его рука схватила пленника за горло, подняв его с земли с легкостью, будто он был куклой. Удушливый хрип сорвался с губ убийцы, и его руки забились в тщетной попытке освободиться.

— Жаль, ты не сможешь передать своему хозяину, что ты и он ошиблись.

Мамору сделал паузу, стиснув пальцы крепче, отчего пленник захрипел ещё громче.

— Но за вашу глупость заплатишь лишь один ты.

Спустя несколько минут, показавшихся вечностью, он брезгливо отбросил в сторону обмякшее, безжизненное тело и обвел толпу лютым взглядом.

— Найдите его вещи. Его лошадь. Все, к чему он прикасался, — заговорил он рубленными, короткими приказами, выдыхая через нос. — Немедленно.

Место вокруг него опустело за считанные секунды. Даже Такахиро взмыл на ноги, неловко прижимая к себе раненную руку.

— Ступай к лекарю, — Клятвопреступник остановил его резким жестом. — Позаботься о своей ране.

И тогда муж снова посмотрел ей в глаза. Все это время Талила ощущала себя по-прежнему во сне. Реальность и умело наложенная иллюзия переплелись у нее в голове. Но она сжимала в руке кинжал: тот самый кинжал, из-за которого на шее мужчины виднелся тонкий порез. Она и впрямь поднесла лезвие к его горлу, но слишком долго колебалась и не решалась. Не решалась нанести удар.

И Мамору пришлось схватить ее за руку и надавить самому.

Талила уронила голову на грудь и пошатнулась.

— Зачем нужен был порез? — глухо спросила она, потому что муж не уходил, а стоять в звенящей тишине было невыносимо.

— Кровь должна была пролиться, — ответил он голосом, уже гораздо более спокойным, чем несколько минут назад. — Без этого Такахиро не смог бы найти убийцу.

— Как ты догадался? Что они попробуют воспользоваться мной, чтобы достать тебя.