После падения

– Ладно, извини. Кимберли и Роуз? – говорю я, закатывая глаза. – Это две твои большие влюбленности? Лучше бы те курицы из сериала были не правы.

– Ну да. Эти женщины были м-моими…

Он запинается, на его лице на мгновение отражается какое-то сильное внутреннее переживание, но оно пропадает слишком быстро, чтобы я успел понять, что это.

– Ну, раз ты закончил, я пойду спать, – говорю я Кристиану.

– Да, пожалуй… – суетливо отвечает он. – Я тоже пойду. Что-то выпил слишком много.

– Да… Ну ладно.

Оставляю его. Я не знаю, что это с ним было в конце разговора, но вид самого Кристиана Вэнса, теряющего дар речи, – сам по себе награда.

Возвращаюсь в комнату и обнаруживаю, что Тесса уже заснула. Она лежит, свернувшись калачиком и подложив ладони под щеку. Выключаю свет и ставлю бутылку с водой на тумбочку, а затем ныряю под простыню. Тело Тессы горячо и покрывается гусиной кожей, когда я прикасаюсь к ней холодными пальцами. Мысль, что мое прикосновение, даже во сне, пробуждает в ней реакцию, необычайно приятна.

– Привет, – сонно шепчет Тесса.

Притягиваю ее поближе к себе и зарываюсь носом в волосы.

– На следующие выходные мы отправляемся в Англию, – говорю я.

Тесса резко поворачивается и устремляет взгляд на меня. В комнате довольно темно, но слабого лунного света хватает, чтобы прочитать удивление на ее лице.

– Что? – спрашивает она.

– Англия. В следующие выходные. Ты и я.

– Но…

– Нет. Ты едешь. И я знаю, что ты хочешь поехать, поэтому не пытайся со мной спорить.

– У меня нет…

– Тереза.

Тесса кивает, и я убираю руку. Она приподнимается на локте и поворачивается ко мне. Я просто не могу разговаривать с ней, когда она лежит голая.

– Но у меня нет паспорта! – восклицает Тесса, и я делаю усилие, чтобы скрыть улыбку.

Я так и знал, что она захочет попререкаться.

– Твой паспорт скоро будет готов. Остальное обсудим завтра.

– Но…

– Тереза…

– Дважды за минуту? Ох… – улыбается она.

– Больше не пей никогда шампанского.

Отвожу волосы от ее глаз и провожу пальцем по ее пухлым губам.

– Раньше ты не жаловался, когда я…

Я заставляю ее замолчать, прижав свои губы к ее. Я люблю ее так сильно, так чертовски сильно, что мне дико страшно от одной мысли, что я могу ее потерять.