После падения

– Из кабинета Тревора самый лучший вид, – договариваю я.

Мой голос звучит намного спокойнее и увереннее, чем я себя чувствую на самом деле."

"– А как часто ты бываешь в этом кабинете, Тесса? – Хардин бросает на меня быстрый взгляд и снова концентрируется на дороге.

– Я бываю там дважды в неделю. Мы вместе обедаем.

– Вы что? – рычит Хардин.

Не надо было заговаривать с ним о Треворе до ужина. Или вообще не надо было говорить. Не стоило вообще упоминать его имени.

– Я обычно с ним обедаю, – признаюсь я.

К несчастью для меня, в этот момент мы останавливаемся на светофоре, и мне не остается ничего, кроме как встретиться с Хардином взглядом.

– Каждый день?

– Да…

– Для этого есть какая-то причина?

– Он единственный из моих знакомых, у кого обеденный перерыв в то же время, что и у меня. Кимберли так занята, что вообще не ходит на обед. – Я активно жестикулирую, чтобы придать убедительности своему объяснению.

– Так ты изменила время обеда?

Загорается зеленый, но Хардин нажимает на газ, лишь когда позади нас раздаются раздраженные сигналы.

– Я ничего не меняла. Тревор – просто мой коллега. Все, точка.

– Да уж, – выдыхает Хардин. – Я бы предпочел, чтобы ты не обедала с долбаным Тревором. Я терпеть его не могу.

Со смехом кладу свою руку поверх его.

– Ты становишься ужасно ревнивым. Это происходит только потому, что мне больше совершенно не с кем обедать, особенно учитывая то, что две другие девушки, которые обедают в то же время, всю неделю на меня злились.

Плавно перестраиваясь в соседнюю полосу, он искоса бросает на меня взгляд.

– Что ты имеешь в виду? Злились?

– Ну, не то чтобы злились. Не знаю, может, у меня просто паранойя.

– Что случилось? Расскажи мне, – настаивает он.

– Ничего особенного. Просто у меня такое чувство, что я почему-то им не нравлюсь. Я часто замечаю, что, глядя на меня, они смеются или перешептываются. Тревор говорит, они любят посплетничать. Клянусь, я слышала, они говорили о том, как я получила эту работу.

– Что же они говорили? – мрачно усмехается Хардин.

Костяшки его пальцев, сжимающих руль, побелели от напряжения.

– «Мы-то знаем, как она получила эту работу». Что-то вроде того.

– Ты сказала им что-то? Или Кристиану?

– Нет, я не хочу никаких проблем. Я работаю всего неделю, и мне не хотелось бы бежать и жаловаться кому-то, будто я школьница.

– К черту это все. Скажи этим дурам, чтоб отвалили. Или я сам расскажу обо всем Кристиану. Как их зовут? Может, я их знаю.