Покровитель

Злюсь, когда понимаю, что она пьяна, спотыкается в коридоре и смеется над собой. Дергаю дверь, прохожу в туалет, запираюсь, оборачиваюсь и застываю. Начинает трясти от ревности, злости и от ее близости. Меня все выводит из себя, даже то, что Елена похудела. Нет, она не стала выглядеть хуже, просто изменилась, а мне безумно нравились ее формы. Да мне все в ней нравилось! Какого хрена я решил, что нам нужно расстаться?! Нужно было всего лишь перевести отношения в другое русло. Обозначить четкие границы, расставить приоритеты, но не отпускать ее!

Лена отступает от меня и распахивает пьяные, но красивые глаза цвета виски.

В редкие спокойные ночи, когда меня не преследует персональный кошмар, мне снятся эти глаза. А сейчас в ее глазах испуг и что-то ещё — такое знакомое, дикое желание. Да! Моя женщина рада меня видеть. Но сейчас я не могу здраво это оценить. Глубоко вдыхаю и чувствую, как меня отравляет запах другого мужчины. Давно я так не эмоционировал, я думал, что уже не способен на такие эмоции.

Хватаю Елену за шею.

Вынуждая смотреть на меня и не прятать глаза. Задаю резонные вопросы, но эта женщина не понимает, что злить меня нельзя. Она, сука, бесит меня ещё больше, делая вид, что не понимает. Ее глаза становятся ещё пьянее, губы приоткрываются и тянутся к моим. Она просто плавится в моих руках и это подкупает. Хочу ее как ненормальный. Вся моя ярость трансформируется в дикое возбуждение.

Беру Лену за талию, рывком сажаю на тумбу рядом с раковиной и, ведомый животными инстинктами, задираю ее платье, грубо раздвигаю колени и помещаюсь между ее ног.

— Спрашиваю ещё раз! Он тебя трахает?! — рычу, сжимая ее бедра. И, мне кажется, я убью всех если она скажет «да».

— Нет, — ее голос дрожит, но не от страха. Елена сказала «нет» остальное пока не важно. Ничего не имеет значение, ни время, ни место, ни прошлое — я вижу и чувствую только Елену. Я дико ее хочу! И как выяснилось, хочу я только ее! Тело почти сводит судорогой от желания, и я набрасываюсь на сладкие губы. Нет, на поцелуи я сейчас вообще не способен.

Я могу только жадно кусать, до боли, чтобы чувствовать ее до конца и ловить ее рваные вздохи. Мощный выброс адреналина накрывает волнами. Последние крупицы контроля летят к черту. И я срываю с нее трусики, оставляя болтаться на ногах обрывки. Меня топит в этой женщине.

Наматываю ее шелковые волосы на кулак, дергаю, открывая себе доступ к шее и клеймлю, укусами и засосами свою женщину, дурея от ее стонов и ноготков, которые расцарапывают мою шею.