Поиграйте с Женечкой

— Опять? — сонно, подгребая меня в объятья.

— Да достали уже… — тянусь я, укладываясь поудобнее. — Почитай мне что-нибудь… балладу…

Вздохнув, он ложится на спину, подтягивая меня поудобнее, и начинает:

Когда вода всемирного потопа

Вернулась вновь в границы берегов,

Из пены уходящего потока

На берег тихо выбралась любовь.

И растворилась в воздухе до срока

Над грешною землей материков,

И чудаки еще такие есть,

Вдыхают полной грудью эту смесь.

И ни наград не ждут, ни наказанья,

И, думая, что дышат просто так,

Они внезапно попадают в такт

Такого же неровного дыханья…

Я дослушиваю длинную балладу до конца и закрываю глаза.

— Мой грустный ангел… — шепчу ему я. — Твоя печаль такая сладкая. Но объект приложения я не одобряю!

— Я и сам не одобряю, — усмехается он, целуя меня в макушку. — Спи.

Целые сутки в общаге.

Общие курсовые…

Но к вечеру «неотложка» на работе и я, захватив лекции Веселого ангела, быстро шагаю к КПП студ городка. Олег ждет уже минут тридцать и пару раз набирал меня.

Опаздываю! — стучит у меня в мозгах.

И тот факт, что от моего опоздания мир не рухнет, никогда не облегчает мне этих моих навязчивых состояний в виде пунктуальных триппов.

Нужно что-то с этим делать. Крис, например, вообще не парится…

— Подожди! — догоняет меня Сашка, хватая за руку. — Поговори со мной.

— Саш! — от раздражения кровь приливает к лицу, снося напрочь контроль, и мне хочется просто разнести его какой-нибудь жестью, чтобы это прекратилось.

Но я беру себя в руки:

— Я ОЧЕНЬ опаздываю! Потом.

— Когда?! — начинает его нести. — Ты приедешь опять к ночи и снова спрячешься в койку к своему «Грустному»! — пытаюсь вырваться, но он только крепче сжимает мои запястья.

— Да о чем нам говорить-то?! — срывает меня.

— О нас…

Топит его безнадегой и тоской, а еще потусторонним туповатым упрямством.

В голове взрывается.

Сжав кулаки я позволяю себе внутренне проораться.

— Сашка! — отбирая у него из рук, выхваченный рюкзак, я пытаюсь найти слова.

Но, слова бесполезны. Он хочет слышать только одну вещь. Все остальное превращается для него в информационный белый шум и просто мой голос.

А мой голос он любит."

"Безнадежно покачав головой, я отбираю рюкзак и вылетаю из-под арки КПП. Конечно же, он идет за мной.