Поедательницы пирожных

— Червяков? — Он удивленно приподнял бровь. Затем внимательно, с ног до головы, оглядев стоящую перед ним красотку, галантно улыбнулся и спросил:

— А вы по какому вопросу? Может быть, я смогу помочь?

— Вряд ли, я — по личному. Меня просили ему кое-что передать. Так где мне найти Ивана Васильевича?

Поняв, что ничего ему не светит, мужчина перестал улыбаться и сказал:

— Иван Васильевич, девушка, меняет профессию. Вам лучше о нем справиться в секретариате. Это на втором этаже. Всего наилучшего.

«Да что с ними со всеми? Почему такая реакция на несчастного Червякова?» — размышляла Карина, спускаясь по широкой мраморной лестнице на второй этаж.

— Где у вас тут секретариат? — спросила она у охранника.

— Идите прямо до конца, пройдете приемную, и за ней — секретариат.

Когда Карина проходила мимо впечатляющей двустворчатой двери, украшенной табличками «Приемная», «Президент», «Вице-президент», «Председатель Совета директоров», послышались чьи-то грозные крики. Невнятный шум очень напоминал скандал, и Карина невольно замедлила шаг.

В ту же секунду дверь распахнулась, и на пороге возник маленький толстячок, который брызгал слюной и изрыгал проклятия. Судя по тому, что мужчина не стеснялся в выражениях, он имел на это право, то есть был одним из тех, чья фамилия указана на дверях приемной.

— Как деньги получать, так он всегда здесь, — продолжал разоряться толстяк, стоя на пороге спиной к Карине и обращаясь к кому-то, кто находился в приемной. — Сколько вы ему уже звоните? Два часа? Он постоянно должен быть на связи, иначе зачем он вообще нужен! Знаю я этих специалистов по особым поручениям — им поручить ничего нельзя.

"Развернувшись, разгневанный толстячок едва не налетел на Карину, которая возобновила свое движение в сторону секретариата.

Тот, в свою очередь, окинул Каринину фигуру беглым взглядом, притормозил и пролаял:

— Новенькая? Из какого отдела?

— Я посетитель, — ответила Карина, пятясь назад.