Подземная война

Он тоже решил искупаться, вошел в воду, быстро окунулся, передернул плечами и заспешил обратно, отфыркиваясь, как собака. Сыщики украдкой наблюдали за ним, расположившись за камнем. «Покрывало» оказалась узким, пришлось сидеть, прижавшись друг к другу.

– Странно, что я не взяла купальник, – обнаружила Алина.

– Это еще не самое странное, – возразил Лавров. – Мы пришли не купаться, а просто отдохнуть.

Он снял кофту с рубашкой, остался в штанах и майке. Девушка, поколебавшись, тоже частично разоблачилась, впрочем, не выходя за рамки приличия.

– Спокойно, майор, спокойно, ты слишком напряжен. Мы не делаем ничего предосудительного, просто так складываются обстоятельства, эта тряпочка такая короткая… Ты же сам предложил поиграть во влюбленных?

Он вдруг обнял ее. Немного подумав, Алина положила ему голову на плечо.

– Что мы здесь делаем, Алексей? – в голосе прозвучали странные нотки.

– Это важно, ты не подумай… У банды сегодня вечером встреча на лимане. Мы не знаем ни времени, ни места встречи. Даже не знаем, какой лиман имеется в виду. В окрестностях Одессы их не меньше десятка. Войтенко должен сообщить остальным о встрече. Полагаю, это – явочное место, именно в этот день и в этот час он не просто так сюда пришел…

Войтенко курил вторую папиросу, посматривал на часы. Народ отдыхал, визжали дети.

– К нему подходит мужчина… – взволнованно прошептала девушка. – Не оборачивайся… Просит дать прикурить, Войтенко что-то шепчет… Можешь повернуться, мужик на нас не смотрит…

Мужчина удалялся, пиная камешки. Физиономия незнакомая, походка вальяжная. Он отобрал мяч у веснушчатого малолетки, выбившего за пределы «футбольного поля», красиво поддел его носком и зафутболил в море. Мальчишки с воплями бросились его ловить.

– Ты знаешь его? – спросила Алина.

– Без понятия. Но эту физиономию надо запомнить. Сообщи, когда подойдут другие.

– Уже подходит… Вот черт… – девушка задрожала. – Нет, все в порядке, он на меня не смотрит… Это товарищ Образцов, инструктор нашего райкома партии, осуществляет связь с правоохранительными органами… Надо же, несколько дней назад я с ним здоровалась, он был сама любезность… И этот хочет прикурить.