Подари мне дочку (СИ)

Она накрыла внушительную выпуклость на плавках и замерла.

— Вить, мы куда-то не туда зашли, — её голос совсем понизился.

— Туда, где должны были оказаться ещё несколько лет назад.

Он накрыл её ладонь своей и сжал, показывая, что именно хочет от девушки дальше.

С полноватых губ Айи сорвался приглушенный стон, от которого его нехило встряхнуло.

— Ты… впечатляешь, — она задрала подбородок, и их взгляды снова встретились.

— Это хорошо или плохо? — Виктор даже в первые секунды не смог понять, что надсадный хриплый голос принадлежит ему.

— Не знаю. Наверное, хорошо.

— Айя, я не сделаю тебе больно. Чего ты боишься?

— Я не боюсь. Больше… опасаюсь.

— Хочешь — веди, — он даже поднял руки, показывая, что согласен и на это.

Юступов не помнил, чтобы в последние десять лет, а то и больше, уговаривать девушку на секс с ним. Всё было намного проще. Всегда находились девушки, неравнодушные к мужчинам в форме. Виктор этим пользовался без зазрения совести. Почему бы и нет?

После того, как он пришел работать в военную прокуратуру, внимание женщин усилилось.

Айя сопротивлялась. Даже сейчас, когда в прямом смысле держала его за яйца.

Её дыхание потяжелело, глаза заволокла легкая поволока. Несмотря на плотную ткань купальника, Виктор увидел, как соски затвердевают.

Прямо на его глазах.

Как же в те секунды он хотел забраться в её красивую головку и прочесть, о чем она думает.

Айя сжала сильнее пальчики.

— Я…

— Смелее, Айя. Иди ко мне, девочка. Давай.

Он соблазнял. Опытно и аккуратно. Любую другую уже схватил бы за волосы, собрал бы их в кулак и направил бы лицо к паху, не церемонясь.

С Айей не мог.

Возможно, и следовало бы. Где-то в глубине души поднимался тайфун из ядовитых эмоций, усиливая зарождающийся кайф от прикосновений девушки. Ему нравилось в ней всё, начиная от пальчиков ног и заканчивая длинными загнутыми ресницами.

Тогда, в прошлом, тоже.

Таким девочкам, как Айя, требовалось внимание.

Он же давал деньги и определенный статус.

И вот она у него в квартире. Смотрит на него снизу, глаз не отводит. И у него по жилам не кровь, а расплавленная лава бежит. Пульс зашкаливает, стучит в висках от напряжения ожидания, закручивающего спиралью.