По следу кровавого доктора

Почти все эти нелюди считали себя верующими. Среди них были католики и протестанты. Они ходили в церковь и свято верили, что с ними Бог."

"— Когда вы в последний раз видели доктора Менделя?

— Какая разница, когда я его видел? Возможно, вчера или позавчера. Почему я должен об этом помнить? Повторяю, я никогда не имел ничего общего с научными разработками доктора, только охранял его подопечных и поставлял ему лабораторный материал. Каждый занимается своим делом.

— Что вы можете сказать о докторе Менделе? Какой он человек?

— Это истинный профессионал, мастер своего дела, умница, владеет несколькими медицинскими специальностями.

Он молод, и это несомненное достоинство. Доктор неукоснительно выполняет задания нашего политического руководства, ведет борьбу за чистоту расы, старается создать человеческую элиту, сверхлюдей.

— Селекция, — пробормотал Виталий Еремеев. — Как с картошкой, ей-богу.

— Наш доктор скромен в быту, вежлив, воспитан, галантен с дамами и особо трогательно относится к детям, — разглагольствовал немец.

 — Он автор многих серьезных научных работ, пользуется необычайным авторитетом. На лекции доктора о селекции и генетике всегда собираются толпы слушателей. В первый блок, которым он руководил, часто приезжали люди с учеными степенями, перенимали опыт, проводили совместные эксперименты. Он никому не отказывал. Доктор находится в двух шагах от алгоритма создания высшей арийской расы, которая рано или поздно будет доминировать над всеми остальными и указывать им верный путь.

— Я так понимаю, что ваш режим держится на вере в исключительность арийской расы и несущественность всех других. То есть на порабощении. — Никольский не моргая смотрел нацисту в глаза. — Условно допустим, что вы добились своего. Чем займетесь, когда поработите все народы, включая самые отдаленные северные и дикие африканские? Не станет скучно? Вы же все-таки тысячелетний рейх. Кажется, так трещат ваши главари со всех трибун.

— Да это когда еще будет, — протянул Булыгин. — Космические корабли уже изобретут.

Сначала Луну фрицы поработят, потом на дальние галактики глаз положат.

— Не переживайте, — заявил Шлиссельман. — На наш век работы хватит.

— На ваш — не уверен, — отрезал Павел. — Ваша личность, герр штурмфюрер, не представляет более никакого интереса для нас ввиду вашей слабой информированности. Вас расстреляют. Надеюсь, это произойдет не позднее чем завтра. Эй, боец! — крикнул он. — Уведите арестованного!

Немец побледнел.