Пепел Атлантиды

С того момента люди больше не считались «разумным видом» – и не могли знать правду об окружающем их мире.

А виной этому были преступления эльфов.

Чудовище, совершившее их, разгуливало на свободе – и родители Софи были в ее руках…

Она отстранилась от Фитца и Кифа, обнимая себя за плечи и пытаясь успокоиться.

– Поэтому я и не хотел говорить, – пробормотал мистер Форкл.

– Из-за секретов мы и оказались в такой ситуации! – рявкнула Софи. – Если бы Совет не стер Весперу из памяти и не спрятал все в тайник, мы бы уже нашли Сумрак!

– Она права, – заметила Ро.

– Возможно, – ответил Бронте, – но случившееся не изменить.

Софи понимала, что он говорит о прошлом, но в голову все равно пришла мысль, что речь идет и о ее родителях тоже.

А вдруг родители не выдержат – и даже Стиратели не смогут помочь?

Кто-то прижал ее к себе – рук было так много, словно все пытались обнять ее одновременно.

Но даже поддержка – даже шторм ментального ветра Кифа – не справился с зияющей дырой, раскрывшейся в душе.

Она так долго, так упорно держала себя в руках, боролась, отказывалась сдаваться.

Но перед глазами стояли родители, запертые в древней, страшной тюрьме.

– Пожалуйста, скажите, что у вас есть план, как их найти, – взмолилась она.

С каждой секундой без ответа дыра в груди расширялась, Софи утопала в ней – и чувствовала, как исчезает в темной бездне.

Она погрузилась только глубже, когда они начали говорить про обыск Атлантиды, про исследования, про взлом тайников, про создание антидота для Алвара, про встречи с Фэллоном Вакером и стражей Люменарии.

Софи сама не знала, что хотела услышать, но точно не те же никчемные утешения, что и раньше – она не верила, что из них выйдет хоть что-то хорошее.

– Простите, – прохрипела она, вырываясь из удушающих объятий и кидаясь наверх.

Позади раздались возгласы, но она захлопнула дверь – отгородилась ото всех – и зарылась под одеяло, стискивая Эллу.

Она ждала слез. Но на них не было сил.

"Сон тоже не шел – но встать не получалось. Не получалось открыть глаза. Не получалось ответить родителям, зашедшим ее проведать.

– Не надо было рассказывать, – прошептал знакомый голос через какое-то время, и боль наконец добралась до нее.

Она приподняла одеяло, увидела солнечный свет, магната Лето – и поняла…

Школа.

Она пропустила школу.