Пепел Атлантиды

Кто знает, что случилось бы, не смени она планы на середине пути?

Кстати об этом…

– Когда вы заключили союз с «Незримыми»? – спросила она Димитара.

– Не вашего ума дело.

Леди Каденс нахмурилась.

– Я еще жила в Равагоге?

Король красноречиво промолчал.

– Поэтому в последние месяцы вы отменяли наши еженедельные встречи? – спросила она. – Я думала, это из-за того, что я рассказала Совету про сопоридин."

"– Из-за него тоже. Мальчишка явил себя после нашей с тобой ссоры. Сказал, что «обо всем позаботится».

– Так вы поэтому согласились сотрудничать с их орденом? – ахнула леди Каденс.

– Что такое «сопоридин»? – спросил Блик, не успела Софи задать такой же вопрос.

– Кажется, какой-то белок, – вклинился Киф. – Она написала о нем целый отчет, но он был длинным и скучным, с кучей всяких научных слов, поэтому я не особо вчитывался.

– Это аминокислота, – поправила леди Каденс, с прищуром глядя на короля огров, – которую выделяют баколлоцизии, бактерии, экспериментально выведенные ограми.

– Вот видите? – сказал Киф, пародируя храп.

– Поверьте, открытие оказалось отнюдь не скучным, – сказала леди Каденс. – Сами бактерии безвредны – но сопоридин, который они выделяют, обладает самым сильным снотворным эффектом, что я видела. На мою кожу упала всего капля, а я проспала три дня. Без мыслей, без сновидений. Даже пульс изменился. И разбудить меня было невозможно. Я очнулась только потому, что сопоридин выветрился. Подвергнись я большему воздействию – могла бы никогда не проснуться.

– Просто от соприкосновения? – удивилась Софи, и когда леди Каденс кивнула, дыхание сбилось.

– Сколько паники, – сказал Димитар с легким рычанием в голосе. – Каденс не хуже меня понимает, что из-за неустойчивости бактерии сопоридин практически невозможно вырабатывать в больших количествах.

– «Практически невозможно» и «невозможно» – разные вещи, – заметила Софи.

– Слова той, кто не разбирается в микробиологии, – ответил Димитар. – Бактериям нечем питаться, поэтому они умирают через несколько секунд после появления – большинство даже не успевает выделить сопоридин.

И все равно, с нужной долей настойчивости производить жуткое снотворное было возможно.

Видимо, леди Каденс тоже так думала, потому что подошла ближе.

– Раз сопоридин такой пустяк, почему ты связался с «Незримыми», чтобы скрыть его от Совета?

– Я связался с «Незримыми», потому что они поддерживали мое право не докладываться Совету, – огрызнулся Димитар.