Пари с мерзавцем

Холодный пот струился по спине, а руки тряслись, как у алкоголички

Вот и откат. А с ним и жуткое осознание того, что я натворила.

Я — конченая кретинка. Идиотка, не способная контролировать свои порывы. Думала, что переболела, ушла с темной стороны и больше не вернусь. Как бы не так.

Тьма всегда в нас, таится в потаенных уголках, ожидая шанса вырваться наружу.

— Оль, я домой, — нашла подругу, которая стояла рядом с какой-то девушкой."

"— Аня, ну ты дала! Я чуть с ума не сошла, когда ты за руль села, — она проигнорировала мои слова, — где ты научилась так гонять? Все наши охренели!

— В прошлой жизни, — ответила сдержано, — я еду домой.

— Тут так весело… — она сконфуженно улыбнулась.

— То есть ты остаешься?

Она испуганно огляделась по сторонам.

— Ань…

— Не оправдывайся. Я не собираюсь обижаться. Мне надо домой. Если ты встретила хороших знакомых и уверена, что все будет хорошо — оставайся.

— Ты точно не обидишься? — она выглядела одновременно несчастной и какой-то радостно возбужденной.

— Точно. Ты остаешься?

— Да. Прости.

— Без проблем, — кивнула, признавая ее ответ, и облегченно выдохнула.

Мне хотелось побыть одной, и не было никакого желания общаться и выслушивать вопросы, на которые все равно не дам ответов.

Такси по-прежнему не торопилось приезжать, но больше ждать я не могла. Меня разрывало изнутри. От боли, от жгучего желания придушить саму себя. Что же я натворила? Почему села за этот гребаный руль, открыв тем самым ящик Пандоры?

Это все Мерз, сука.

Воспользовавшись тем, что на меня никто не смотрит, скользнула мимо машин, скрываясь за высокими пикапами, стоящими по краю, и торопливо пошла в сторону города. Мне предстоял долгий путь.

Постепенно шум голосов и музыка стихали, и я смогла благополучно добраться до поворота. Откат настиг по полной. Адреналин схлынул, оставляя за собой лишь осознание собственной глупости. Что же я наделала?

Мне нельзя было садиться в машину.

Дура.

В горле пересохло, а по щекам побежали ядовитые слезы. Я размазывала их пальцами по коже, но никак не могла успокоиться. Мне было страшно и муторно до такой степени, что была готова лечь под ближайшей березой и сдохнуть.