Пепел

Разговор явно был на повышенных тонах, потом Валек вжал голову в плечи, поник и молча поплелся в другую сторону.

Этот диалог так въелся в память, что я даже Наташке о нем поведала. Правда, она не придала особого значения, мол, парнишка он уличный, логичное дело, с кем-то могут быть разногласия.

– Стой, стой! Я ничего… я… Валек, ты слишком быстро говоришь, – голос подруги вдруг сделался каким-то растерянным, она начала часто моргать, то и дело прикусывая кончик нижней губы.

– Хорошо, не переживай. Я… я что-нибудь придумаю.

Ната перевела на меня испуганный взгляд, и я сразу поняла – что-то случилось, причем очень серьезное.

– В чем дело? – спросила, сглотнув.

– Он денег у каких-то кентов занимал, они его подловили и не выпускают. Сказали, пока не отдашь, не уйдешь.

– Денег? Много? – ошарашенно взирала я на подругу.

– Нет, пять тысяч.

– Ну… не мало.

– У матери есть в заначке, я знаю, где лежит. Нужно только взять и отвезти их, – засуетилась Ната. Она провела рукой по волосам, глянула на экран телефона, затем быстренько запихнула его в карман и двинулась в направлении дома.

– Куда отвезти-то? С ума сошла? Пусть сам приезжает! – запаниковала я. Чутье подсказывало – нельзя ехать никуда, нельзя Наташку отпускать.

– На заброшенную фабрику, которая возле речки.

– Наташ! – я схватила подругу за локоть и резко дернула на себя, останавливая. Да, понятное дело, Краснова переживала за близкого человека. Возможно, на ее месте, ради Вити, я бы поступила также, но Валек не Шестаков, одному богу известно, что в голове у этого парня.

– Ну чего? – вспыхнула она.

– Заброшенная фабрика в глухом районе города, да ты с ума сошла? Мало ли кто там будет!

– Я не могу его бросить, понимаешь? – ее взгляд резал без ножа, ломая все возможные аргументы в моей голове.

– Ладно, тогда я поеду с тобой.

– Нет, – запротестовала Краснова, качая головой.

– Да! Ты для меня как сестра, если с тобой что-то случится, я не прощу себе этого.

– Поэтому ты не поедешь, – прошептала Ната.

– Поеду, – решительно заявила, вырываясь из хватки Красновой. – Я потеряла Витю, но тебя не потеряю. Или мы обе никуда не поедем, понятно?

– Ты неисправима, – вздохнула Наташка. – Ну что мне с тобой делать?

– Пошли, пока окончательно не стемнело.