Отдай мне сына (СИ)

А во мне наравне с болью просыпается сила, уверенность, что горы могу перевернуть ради своих целей. Да, несмотря на ее сети и ложь, Василиса всегда наполняла меня энергией. Она приучила меня к этому… Сейчас без нее очень сложно поддерживать жизнь в выгоревшей оболочке.

После ужина Вадим понес ее на руках к машине. Она счастливо машет мне рукой. А я продолжаю гореть в своем персональном аду. Тоска по ней как кислота до костей добралась, меня физически выкручивает.

Они уезжают на машине, льет дождь, стою около байка и смотрю им в след.

Ночь проходит без сна. Это не любовь… любовь мягкая, нежная, ласковая, моя же одержимость жестоко подчиняет, не выпускает из когтистых лап. Но она все же воздушная, обещает ощущение полета, и вот за эту мечту, я держусь скрюченными пальцами. Меня съедает жизненная потребность просто ее увидеть…

Я сдерживаюсь. Не иду искать ее. Не смотрю на фотографии. Занимаюсь спортом. Встречаюсь с Бодей.

А вечером третьего дня она появилась на пороге моего отеля.

— Заждался, Ник? — смотрит лукаво.

— Теперь Вадим?! — хватаю ее за плечи, трясу, злость граничит с безумием. — Кто еще, Василиса?! Что ты творишь?

— Люблю тебя, — слова звучат так гармонично, так просто и искреннее…

Глава 23

Стоп! Какое искренне, если она на днях зажималась с моим братом?!

— Льва тоже любишь, и Вадима.

— Так и будешь меня на пороге держать? — протягивает руку и касается моей щеки. Запрещенный прием… теряю голову… Снова не добиться ответов, одержимость побеждает.

Свобода и Василиса… моя мечта сейчас так реальна. Она рядом. И я верю… понимаю… не должен… но я не могу без веры… моя голубка мне необходима… мой воздух, жизнь моя.

Она опутывает меня паутиной, нежной и невероятно прочной.

Осознание приходит внезапно. Хотя… кому я вру, я это знал всегда, едва ее увидел. Но сейчас я могу сражаться, воля дает силы и развязывает руки.

Прижимаю ее к себе, зарываюсь носом в ее волосы. Дрожу… понимаю, что эта одержимость меня погубит, нельзя так сходить с ума по женщине.