Особые обстоятельства

Я твоя единственная родственница!

— В моей семье меня не били, — возразила девушка и, обойдя танцовщицу, вышла из шатра.

Тильда растерянно посмотрела на меня, ища поддержки, но что я могла ей сказать? Сама виновата. В глубине души я гордилась Диантой и тем, что она нашла в себе силы поставить на место зарвавшуюся родственницу.

Не желая находиться в обществе истерички, направилась за Диантой. Нужно поддержать ее и сказать, что она все правильно сделала."

"Выйдя, застала художницу рядом с Иррилием.

— Благодарю, — склонила голову Дианта. Было заметно, что ей стыдно за то, что все слышали разразившийся скандал. А вот Тильду это не смущало, и она не собиралась сдаваться, вылетев из шатра со словами:

— Поверить не могу! Ты не можешь так поступить со мной!

— Я тоже поверить не могу, что ты могла обвинить меня во всех гадостях, — тихо ответила Дианта, вскинув голову.

— Хорошо. Прости.

— Хватит врать! — неожиданно оборвала ее она. — Лорд Иррилий ведь рассказывал, что в Игенборге иностранцы не имеют права открывать свое дело. Если поеду с тобой, то войду в гарем акифа, из которого уже не выйду. Стану его собственностью, потеряв свободу.

«Хоть кто-то слушал рассказы эльфа и сделал правильные выводы», — отметила я.

А вот Иррилий как-то задумчиво потирал большим пальцем губу и поглядывал на Дианту.

— Я готова была идти с тобой до конца, так как ты единственный родной человек, но вижу, что ты меня такой не считаешь. В Газбо я смогу найти себе работу, а со временем и открыть свое дело, не теряя свободы.

— Вы хотите остаться в Газбо? — дошло до дипломата.

Ух ты, гений! Так быстро сообразил!

— Она бросает меня! — тут же экспрессивно пожаловалась Тильда.

— Дианта, не горячитесь.

Так и захотелось пнуть его, чтобы не мешал. Ведь он точно не о Дианте думает, а о проблемах, которые устроит нам всем Тильда, потеряв свою бесплатную служанку. Я не могла позволить переубедить девушку, к которой прониклась искренней симпатией.

— Лорд Иррилий совершенно прав, Дианта, тебе нечего делать в Газбо, — произнесла я, и в глазах Иррилия мелькнуло удивление.