Ошибка

Я могу пересечь его за пять секунд. Засекал.

– Когда ты маленький, все кажется больше.

– Наверное. – Логан меняет положение, чтобы видеть мое лицо. – А у тебя было такое место в Гастингсе? Место, куда ты убегала, когда была ребенком?

– Конечно. Ты знаешь тот парк, что за фермерским рынком? С красивой беседкой?

Он кивает.

– Раньше я всегда приходила туда и читала. Или болтала с людьми, если кто-то туда приходил.

– Я видел там только стариков из дома престарелых, что за углом.

Я смеюсь:

– Ну да, почти всем, с кем я знакомилась, было за шестьдесят.

– Как-то гнетуще.

– Ага, – бормочу я.

Парень шумно вздыхает:

– Я буду одним из них.

– В смысле к кому не будут приезжать родственники? О, я так не думаю.

– Нет, я буду тем самым родственником, который никого не навещает, – сдавленным голосом отвечает Логан.

Звучит очень грустно.

– Вы с ним не ладите?

– Да, не очень. Зато он прекрасно ладит с ящиком пива или бутылкой бурбона.

От этих слов мне становится еще печальнее. Я не могу представить себе плохие отношения с родителями. Какими бы разными они ни были, я глубоко привязана к каждому из них.

Логан снова затихает, а мне как-то неловко выпытывать у него подробности. Если бы он хотел рассказать мне больше, то сделал бы это без моей просьбы.

Поэтому, чтобы заполнить эту неуютную тишину, я перевожу разговор на себя:

– Знаешь, иногда то, что говорили мне эти пожилые люди, действительно угнетало, но я была не против их выслушать. Мне кажется, именно этого им недоставало. Чтобы их кто-то выслушал. – Я поджимаю губы. – Примерно в то же время я решила, что хочу быть психотерапевтом.

– Так ты учишься на факультете психологии?

– Скоро буду. В этом году я еще не определилась со специализацией, потому что не смогла решить, какой путь выбрать – психологию или психиатрию. Но потом поняла, что в медицинскую школу не хочу. К тому же психология открывает намного больше возможностей, чем психиатрия. Я могу стать психотерапевтом, социальным работником или школьным психологом.