Одноклассница.ru

Шпана! Ох Нина Ильинична с ним воевала…

– А, такой рыжий, веснушчатый, тощий!

«Так вот кого все время вспоминал Андрей Максимович! Вовку Воскобойникова…»

– Точно. Он с вашими ребятами компанию водил. Так вот, отмычкой вскрыл лабораторию и начал по полкам шарить. Тут я его поймал. «Ну, – говорю, – паршивец, признавайся, что тебе надо?» Он – юлить, и так, и сяк… Но я его расколол все-таки… За ядом кураре полез!

– У вас в лаборатории был яд кураре? – удивилась Вероника.

– Бог с тобой! Это кто-то слух пустил, а некоторые дураки поверили.

Вероника, затаив дыхание, слушала бывшего учителя. К Андрею Максимовичу постепенно возвращалась память."

"– В общем, провел я с Воскобойниковым разъяснительную беседу. Чтобы он своей головой думал, и все такое… А он мне: «Андрей Максимович, дайте мне какое-нибудь вещество в колбе!» Я ему: «Зачем?» «Ох, – говорит, – очень не хочется Тарасу червонец возвращать!»

– Дали? – быстро спросила Вероника.

– Нет. Потом смотрю – одной колбы все-таки нет. В ней был слабый раствор марганцовки разведен. В общем, я думаю, твой Тарас на червонец попал… Но так ему и надо! Тоже мне, деятель… яд кураре ему зачем-то понадобился! Слава богу, сейчас с Тарасом все в порядке… Больше ему яд не нужен? – шутливо спросил Андрей Максимович.

– Нет… – прошептала Вероника.

– А потом, когда вы уже школу закончили, Вовку чуть не посадили – он умудрился в каком-то магазине витрину разбить. Я за него ходил заступаться. Он, знаешь, парень неплохой, да… Ветер только в голове. Я ему про мореходку много рассказывал. Он поступил туда, ты знаешь? Мать его потом ко мне заглядывала, все благодарила… Она боялась, что сын по кривой дорожке пойдет. Я, Одинцова, в молодости матросом был, речником.

– Андрей Максимович, а с кем Воскобойников еще общался?

– С Кешей Свиркиным. Еще в их компании Клим был, Иноземцев.

– Клим… Каким был Клим, как вы считаете? – отвернувшись, спросила Вероника. Она не хотела, чтобы учитель увидел на ее глазах слезы.

– Очень интересный парнишка. Вроде простой такой на вид, тихий, спокойный… Но внутри – скала.

– То есть?

– С принципами юноша. Но добрый.