Однажды я выберу тебя

Я вновь поразился смелости Сайласа. И чувствовал каждой клеточкой тела – если и есть на свете человек, ради которого стоит всем рискнуть, это он.

– И я хочу, чтобы ты знал, Макс… Я все еще борюсь. Ради себя.

– Ты о чем?

– О том, что случилось на Аляске. Она меня отпустила, но окончательно не исчезла. И может обрушиться на меня. На нас.

– Знаю. Если такое случится, я буду рядом, Сай. Клянусь.

– Да я и сам не собираюсь опускать руки. Если это вообще важно. – Он резко отвел взгляд в сторону. – Я нашел психотерапевта.

– Нет, черт возьми, – проговорил я, крепче сжимая его руку. – Сайлас, ты достоин самого лучшего. И очень важно не опускать руки. Это самое главное. – Я крепко обнял его. – Я чертовски горжусь тобой.

– Ну ладно, давай-ка валить отсюда. Прилюдно целоваться и держаться за руки – это одно. Но не стоит ныть, как ребенок.

Мы отлепились от стены, взялись за руки, переплетя пальцы, и вместе пошли по улице.

Через несколько минут я уже не смог сдержаться.

– Молчи.

– Сайлас…

– Боже, до чего мы докатились.

– Я люблю тебя…

– Не стоит твердить это постоянно.

– Значит… вот как.

Он фыркнул и закатил глаза, а я хмыкнул.

– Заткнись. – Он приобнял меня за плечи, все еще хмурясь. Но на лице его уже проступала улыбка.

* * *Мы пошли в китайский ресторанчик и поужинали, сидя рядом за крошечным столиком и делясь едой. Я постоянно шутил над тем, как плохо Сайлас обращался с палочками.

Снаружи наступила ночь.

– Черт побери, Максимилиан, – прорычал Сайлас, высматривая официанта. – Счет, пожалуйста.

Он заказал еду в коробках, чтобы взять с собой, и мы шагнули в бодрящий холод ночи. Свежий ветер немного отрезвил, так что, оказавшись в квартире, нам удалось не наброситься друг на друга.

– Это холл, – проговорил Сайлас, снимая пальто. – Шкаф здесь.

– Устраиваешь экскурсию?

Он даже не обратил внимания, стянул с меня куртку и повесил в шкаф.

– Вон там кухня. Гостиная. Пианино. Пожалуйста, не играй слишком громко, соседи решат, что меня хватил удар.

– Ха-ха.