Обед у людоеда

Нюша занималась квартирой, дарственная обратного хода не имеет, но сидящий под следствием Борис Львович безропотно подписал все необходимые для продажи бумаги.

На нас пролился дождь подарков. Мне, несмотря на сопротивление, преподнесли норковую шубку. Лизавету завалили горами барахла и тоннами косметики, Кирюшка получил видик, музыкальный центр, ноутбук и роликовые коньки, при виде которых у меня чуть не приключился инфаркт. Впрочем, в Филатовской больнице мы уже были как родные… Кроме того, Аня дала детям еще по сто долларов, как она выразилась – «на чипсы».

Ясным майским вечером я лежала на диване, мирно читая новый роман обожаемой мной Поляковой. Легкий скрип привлек мое внимание, я подняла голову. Через открытую балконную дверь в комнату вступил кенгуру. Как ни в чем не бывало он запрыгал по ковру.

– Лиза, Кирюшка, Ира! – взвизгнула я, забиваясь с головой под плед.

Дети влетели в спальню.

– Абзац, – выдохнула Ириша, – а я думала, у Лампудель крыша съехала!

– Она живая! – зашлась от восторга Лизавета. – Ой, какая дусенька!

– Он, – поправил Кирка, – кенгуру – мужчина.

– Да какая разница, – удивилась Ириша, – он, она, оно… Откуда ты взялся?

Кенгуру сложил лапки и смешно хрюкнул.

– Ой! – взвизгнул Кирка. – И чего нам с ним делать?

В этот момент прозвенел звонок.

– У нас нигде вода не течет? – с тревогой спросила я.

– Вроде нет, – буркнула Ира.

– Здесь пришла хозяйка кенгуру! – заорала Лиза.

Мы вылетели в прихожую. Худенькая темноволосая девушка смущенно переминалась в прихожей. Недоразумение выяснилось вмиг. Ее зовут Таня Кротова, работает в театре зверей у Натальи Дуровой, а в нашем доме снимает с конца марта квартиру. Вместе с Танечкой живут кенгуру и две обезьяны… Макаки умеют открывать балкон и иногда, когда хозяйка ненадолго оставляет их одних, начинают безобразничать.

Да, еще одно. Володя не разговаривал со мной несколько дней, но я, чувствуя свою вину, целую неделю подряд пекла для него кулебяки с капустой.