Обед у людоеда

– Покупатели, делающие покупку на определенную сумму, – начала объяснять служащая, – получают вот эту карту, видите, внизу идет номер?

Я кивнула.

– Карта дает право на скидку, когда кассир пробивает чек, он обязательно указывает номер, вот на вашем чеке, внизу, строчка.

Я уставилась на набор цифр 10950. Да, далеко шагнул прогресс!

Дома я едва удержалась, чтобы не заорать с порога: «Ириша, была ли мама членом клуба «Рамстор»?» И хорошо, что не успела, потому что на кухне cидел Володя, мирно жующий пирожок.

– У вас будто цыганский табор поселился, – отметил майор, оглядывая горы посуды.

– Ира привезла, – пояснила Лиза и поинтересовалась: – Как кулебяка?"

"– Так себе, – спокойно ответил Володя, – теста много, а начинки чуть, да и невкусная, капуста как тряпка.

– Вот и неправда, – обозлилась Лиза, – я ее по всей науке готовила!

– Это ты пекла? – испугался приятель и попытался исправить положение: – То-то гляжу, тесто волшебное, во рту тает, объеденье.

– Не ври, – совсем рассердилась Лизавета и треснула майора полотенцем.

Они начали шумно возиться и о чем-то спорить. Я уставилась в окно. Надо же, опять валит снег, и темнота стоит, как в декабре. Настроение на нуле, ничего у меня не получается. Надо бы сесть тихонько у стола и раскинуть мозгами. И зачем только я пошла у Иры на поводу и подрядилась искать убийцу! Чем больше узнаю, тем сильнее запутываюсь. Ну почему я не учительница, не продавец и не врач! Милые, мирные профессии. Так нет, понес меня черт на службу в «Алиби».

Простоватый и слишком молодой для оперативной работы Максим Иванович в свое время на мой вопрос: «Что может грозить Ремешковой?» – спокойно ответил:

– Уж не поездка в Турцию! За два убийства-то!

– Почему за два?

– А Гребнев?

– Вы думаете…

– И думать нечего, – хмыкнул Максим Иванович, изображая из себя опытного «убойщика», – ясно как день. Сначала гражданка Ремешкова отравила гражданку Малышеву, а потом произвела те же действия в отношении гражданина Гребнева.