По осколкам твоего сердца (СИ)

Я подняла на него глаза и слабо улыбнулась, почувствовав, как его пальцы касаются моей спины – крохотного оголенного участка кожи между футболкой и поясом джинсов. Касаются осторожно, будто бояться сделать больно. По позвоночнику побежали мурашки, и я коротко выдохнула.

- Малышка, я не могу…

Дима склонился ко мне, и его губы почти касались моих губ."

"- Тебе нужно помочь своей семье. Даже если плевать хотел на отца, то сестер тебе жалко. Я поняла это, когда ты рассказывал о них. Ты беспокоишься за девочек.

Привык к ним. Любишь. А я хочу, чтобы виноватые в смерти моего папы понесли наказание. Хоть какое-то. Мы должны держаться вместе.

Я неожиданно для самой себя отстранилась от Димы и сняла с руки браслет. Тот самый, который три года назад хотела подарить ему на день рождения. Браслет был сделан на мужскую руку, и на моем запястье болтался. А вот Диме будет в самый раз.

- Что это? – спросил он удивленно, разглядывая украшение.

- Мой подарок. Я приготовила его для тебя, но… Но так и не успела отдать.

Возьми. Хочу, чтобы он был с тобой. Я знала, что мы встретимся, Дим. Через вечность, - сквозь подступающие слезы улыбнулась я. – А ты пришел раньше. Спасибо тебе за это.

Дима взглянул на меня, и его кадык дернулся.

- Прости.

- Это не твоя вина. Не проси прощения.

- Моя. Если тебе станет легче – все эти годы я думал о тебе. Каждый день. И каждый день сожалел, что так вышло. До сих пор не понимаю, почему то сообщение не дошло тебе.

Я нахмурилась.

- Сама не знаю.

Может быть, я просто не заметила его. В те дни я была сама не своя. Все было как в тумане. Почти ничего не помню.

Я помнила слезы. Много слез. Литры. Но не стала говорить об этом Диме. Ему и так тяжело. Зачем добивать раненого? Словно понимая это, Дима с благодарностью взглянул на меня. А затем перевел взгляд на гравировку браслета.

- «Я буду любить тебя целую вечность и даже немного больше. Д. от П.» - прочитал он вслух искаженным от внутренней боли голосом.

- Когда я заказывала этот браслет, еще ничего не знала о вечности, - вымученно улыбнулась я.

– О том, что она будет нас разделять. Это казалось мне просто красивой ванильной фразой. И только потом обрело смысл. Пожалуйста, не дай вечности снова нас разделить. Это единственное, о чем я тебя прошу. Давай вместе сделаем то, что освободит нас обоих.

Вместе выиграем или же вместе проиграем.

Его лицо было бледным, глаза горели. В вечерней полутьме обозначились резкими тенями скулы.