Новая жизнь тихой Аннушки

Утром я проснулась с двояким чувством. С одной стороны, мысль о влюбленности окрыляла, наполняла жизнь новым смыслом, и казалось, что никакие препятствия мне нипочем.

С другой…

Ничего не придумав, я, чтобы не погружаться глубже в свои фантазии, решила осторожно, насколько это возможно, поговорить с источником моих чувств. Благо на прощание он пообещал, что встречаться мы будем каждый вечер для знакомства с такими вот дельцами, желающими заполучить мой рудник.

В последующие несколько дней моя жизнь превратилась в сплошное ожидание.

Все встречи проходили по одному сценарию. Претенденты на рудники хотели лично посмотреть на законную владелицу в надежде получить преференции. Но все деловые разговоры переводил на себя Вите, а мне оставалось отвечать невпопад и нести всякую чушь, изображая глупую барышню.

А после ужина… мы были предоставлены друг другу. Темнота, пустынная городская площадь и разговоры, разговоры.

Обсуждали все и ничего. Конечно, как распространяются слухи про меня и несметные богатства. Многие потенциальные покупатели выражали желание посмотреть на рудник своими глазами, но Вите лишь разводил руками: «До приезда королевского поверенного это невозможно. Так гласит закон».

В один из вечеров я решилась. План продумывала несколько дней. Проходя по каменной площади, сделала вид что запнулась, и дала Вите возможность себя подхватить.

– Ты всегда будешь меня оберегать? – шутливо спросила я, находясь в его объятьях.

Щеки полыхали огнем, горло сжал спазм, но более терпеть и жить в неведении я не могла.

– Возможно, – усмехнулся он в ответ.

Бабочки в животе рвались на волю.

– А как же твоя невеста?

– Посмотрим.

Да что же это такое? Конкретика где?

– А твоя семья? – я не отступала.

– Мои родители очень любят меня. И понимают. Они примут мое решение. Я надеюсь.

Это стоит понимать как хорошие новости? Как признание? Но ведь оно не прозвучало? Вите лишь ответил на мои вопросы, ничего не обещая.

Но и продолжать расспросы на столь щекотливую тему я не решилась. Еще сочтет, что я навязываюсь. Вот еще. Не хочет такое золото держать в объятьях всю жизнь? Другого найду.

Тяжелый вздох.

А этого буду помнить всегда.

Мы гуляли уже четырнадцать дней. Тянули время как могли. Судья, как ни странно, не объявлялся.