Незнакомец. История одержимости. Книга 1

– Пойдем, – я выбрался из машины первым и стоял около двери, дожидаясь, пока она перестанет трусить и вылезет следом. Но Варя дернула ручку другой двери и выскочила.

Я рассмеялся. Что же, немного сопротивления маленькой девочке не помешает. Потом она узнает, как наказывают девочек за плохое поведение.

Варя поплелась следом, к лифту. Мы вошли вдвоем. Охрана и водитель остались внизу. Я не нуждался в сопровождении, но сегодня взял их с собой, потому что знал, куда и зачем я еду. Мне бы не помешала их помощь, если бы Варя отказалась ехать со мной.

– Куда мы? – она продолжала прижимать к груди чертов рюкзак. Он же рваный, как и ее кроссовки. Пожалуй, придется выбросить все ее вещи на свалку. Такой грязи я не потреплю в своем доме."

"– Туда, где ты теперь будешь жить, – я наблюдал за тем, как табло отсчитывает этажи. Еще чуть-чуть и мы окажемся там, где я больше не должен буду сдерживать себя.

– Как долго?

– Что долго?

– Я буду жить там, – добавила она и посмотрела на табло.

– Пока не надоешь мне.

Она кивнула. Неужели удумала попортить мне жизнь, чтобы я поскорее от нее избавился?

– Поверь, твое плохое поведение будет наказываться.

Варя уставилась на меня, захлопав ресницами. Какие же они длинные.

– Я буду вести себя хорошо.

– Умница, – мы вышли из кабины лифта и приблизились к двери. – Входи, Варвара. Теперь это твой новый дом.

И она вошла.

Огляделась по сторонам, тихо выдыхая.

– И как?

– Мне здесь страшно, – ее голос вновь дрожал. Что же за трусиха такая! К черту, я готов был наброситься на нее тут же на пороге, но сдержался.

– Почему страшно?

– А если я что-то сломаю? Или испачкаю, – она взглянула на свои носочки, словно проверяя, не остались ли за ней следы на итальянской плитке.

Я вернулся к высокой тумбе в коридоре, поддел пальцами мудреную статуэтку, хрень, какую мне подсунул вшивый, но чертовски известный дизайнер, и уронил ее на пол. Та отскочила от крепкой плитки, и разлетелась на мелкие кусочки.

Варя задохнулась от удивления. Тихий вскрик, сорвавшийся с ее пухленьких губ, порадовал меня. Так сказать, вдохновил на новые подвиги.

– Мне не жалко. Можешь тут все к чертовой матери разнести. Если конечно будешь отменно сосать.