Невольница

Внедорожник резко виляет, кидая меня к двери.

Сглатываю, когда к горлу подступает тошнота. Кажется, меня сейчас вырвет от ужаса, запаха пороха и крови.

Машина снова виляет, Гордей ругается, а меня кидает из стороны в сторону. Я бьюсь головой, но боли не чувствую.

Впиваюсь ладонями в обшивку сиденья, потому что машину начинает трясти еще больше, как будто мы свернули с трассы и едем по бездорожью. Но я боюсь поднять голову, чтобы в этом убедиться.

Мы не выберемся. Нас загонят в угол и…

Я уже потеряла счёт времени и даже не заметила, когда вокруг все стихло и машина пошла плавно.

Машина замедляется, а потом и вовсе останавливается. Зажмуриваюсь, когда слышу голоса за пределами автомобиля. Мы снова плавно трогаемся, всего на минуту, а потом останавливаемся.

Мы выжили? Все закончилось?

Слышу разговор мужчин, хлопанье дверьми, но не могу пошевелиться, тело словно деревянное.

С моей стороны тоже открывается дверь, впуская прохладный воздух.

— Отойди, я сам, — рявкает на кого-то Гордей. В голосе агрессия.

— Гор, ты ранен, мы сами с ней разберёмся, — слышу сиплый голос незнакомого мужика, но головы так и не поднимаю. Я бы и рада, но не могу пошевелиться.

— Я. Сказал. Я сам, — холодно произносит Гордей сквозь зубы. И мне отчего-то становится парадоксально легко, что он сам меня заберет, а не какой-то сиплый мужик.

Слышу удаляющиеся шаги и голоса.

— Тая, — голос Гордея становится спокойнее. — Все закончилось, поднимайся, — просит он меня. А я лежу на месте, пытаясь выдохнуть.

Что закончилось? Ничего не закончилось для меня. Я домой хочу, к бабуле. Обнять ее и рыдать, пока не станет легче.

— Детка, — он прикасается к моему плечу, проводит по волосам, пытаясь убрать их с моего лица.

Дергаюсь, как от удара током, резко садясь. Хочется крикнуть, чтобы не трогал меня, но я закусываю губы, смотря на Гордея.

Это не фильм и не сон."

"— Ты ранен? — шепчу пересохшими губами.

— Иди сюда, — протягивает мне руку, так открыто и искренне игнорируя мой вопрос про ранение.