Невинная для Лютого

Ангел

— Я приготовила всё, как просил Лёша, — продолжала приговаривать Мария, а я с каждым шагом к закрытой двери ощущала, как сильнее кружится голова. — Одежда, косметика… Я помогу вам вымыть голову.

— Да, — вцепилась я в её руку, но тут же поморщилась от боли.

И постаралась дышать спокойнее. Ничего мне Лютый не сделает, ему нужен ребёнок. Но всё равно обрадовалась предложению Марии помочь мне. Пусть моет мне голову, перевязывает… лишь бы не оставаться наедине со своим мучителем.

Но у комнаты Мария удержала меня за плечи.

— Простите, Ангелина, туда нельзя.

Я вздрогнула, с губ сорвалось:

— Как это?

— Извините ещё раз, — замялась служанка, — но Алексей запрещает кому бы то ни было заходить в свою комнату.

— Правда? — не веря своему счастью, переспросила я.

Голос зазвенел, сердце забилось быстрее. Женщина же, принимая мою реакцию за огорчение, с сокрушённым видом кивнула:

— Ваша спальня на втором этаже.

И повела меня к лестнице. С каждым шагом, что удалял меня от логова чудовища я ощущала себя всё спокойнее.

Комната, в которую меня привела Мария, была скромной, но мне понравилась. В ней было очевидное достоинство — тут не было Лютого. И ни узкая кровать, ни сиротливый стол, ни пустой пахнущий магазином мебели шкаф не омрачили моего чуточку приподнятого настроения.

Я позволила Марии поухаживать за мной. Привычно расслабилась, отдавая себя в умелые руки. А у служанки они были на самом деле золотые! Парикмахеру бы моему такие ловкие ласковые пальцы! Женщина нежно вымыла мне голову, высушила и расчесала волосы так бережно, что я ни разу не ойкнула.

Прикрыв глаза, я представила, что сейчас дома, и надо мной колдует Вера. За окном светит солнышко, папа уже ждёт меня в конюшне, и мы вот-вот отправимся на прогулку верхом. И ничего, что голос служанки звучит грубее — может, Вера простудилась. Я вздохнула и распахнула глаза.

Та Ангелина будто другой человек.

Рыжуня, как звали кошку, развалилась на моей кровати и снисходительно наблюдала, как Мария осторожно разворачивала мои бинты.