Невезучая попаданка, или Цветок для дракона

Сказочные. Хотя…

— Хотя? — подбодрил меня дедушка, когда я замолчала, задумавшись.

— Драконы у нас тоже существа сказочные. И оборотни. И гаргульи. Собственно, все обитатели вашего мира, кроме людей — для нас лишь легенды. Может, демоны тоже не настолько выдуманные? Может, когда-то кто-то с ними тоже контактировал, а потом уже это всё обросло сказочными подробностями и стало считаться выдумкой?

— И как именно ваши обитатели контактировали с этими демонами? — ректор чуть склонил голову к плечу, пристально глядя на меня.

— Ну… — я порылась в памяти, вспоминая всё, что когда-либо об этом читала. — Демона вызывают с помощью заклинаний и пентаграммы — это такой круг, в который вписана звезда и много всяких специальных символов. Когда демон приходит, то нужно у него что-то просить — богатство, власть, любовь, молодость и так далее, и он тебе это даст. Но взамен ты отдаёшь ему свою душу. А ещё он, как правило, исполняет желание как-нибудь пакостно, так, что потом и сам не будешь рад. Как-то так…

— Χмм… Некоторое сходство, пожалуй, имеется, — кивнул Филандр.

— Так это же сказка, — развела я руками. — Она редко точь-в-точь соответствует действительности, даже если эта действительность вообще была. А в чём отличия с вашими демонами?

— С нашими демонами? Хм, пожалуй, стоит для простоты и нам ввести это слово. А то «тёмная иномирная сущность» — слишком длинно, а мракобесы, те из них, кто был посвящён в подробности, называли это «тёмный господин».

Я едва не прыснула.

— А отличия, как я сказал, существенные. И очень страшные. Этот… демон, которого мракобесы каким-то образом научились призывать, одаривал их способностью, демонстрацию которой многие из нас видели, а взамен требовал жизни. Много жизней. Причём в жертвы приносились именно разумные существа, не животные.

— Жуть, — передёрнулся Шолто, высказав общее мнение, ну, по крайней мере, моё.

— Скорее всего — но это лишь догадки, — продолжил ректор, — те самые доисторические мракобесы в качестве жертв своему тёмному господину использовали жителей соседних племён, для чего вели с ними войны — ради захвата пленных.

— Возможно, не всех, — Девиор задумчиво покачал головой.