Невезучая попаданка, или Цветок для дракона

— А кто это с ним? — Унрек первым всмотрелся в хрупкую женскую фигурку, льнущую к нежно обнимающему её гиганту.

— Она похожа на тебя, — раздался тонкий голосок у моих ног. А я и не заметила, как проснувшийся Ρокет выбрался из одеяла и подошёл ко мне, внимательно разглядывая то, что я демонстрировала. — Только волосы другие.

— Это его жена Миранда, но она предпочитает имя Рэнди. Его половинка, по — вашему — истинная пара. Они — мои родители, — это я сказала всем, а потом уже обратилась лично к лорду Халлорану: — Я — ваша правнучка.

ГЛАВА 32. ПЕРВЫЕ ОТВЕТЫ

День одиннадцатый

Дедушка… ну, теперь-то можно, а то всё «лорд Халлоран» да «бывший император», — молча сделал шаг ко мне и крепко-крепко обнял. Мы так и стояли молча, наверное, у него просто не осталось слов, у меня, кстати, тоже. И крутилась лишь одна мысль — не удивительно, что я так быстро освоилась в чужом мире. Потому что это был МОЙ мир.

— Теперь понятно, как ты, иномирянка, умудрилась с ходу опознать нас с Даром, — раздался голос Унрека.

— Стукну! — злобно взглянула я на… родственничка. И ведь не просто так я к нему и к Шолто с первых же минут прониклась сестринскими чувствами. Убеждала себя, что это просто игра параллельных миров, что мы вовсе не родственники, но, видимо, зов крови обмануть не получилось.

— Два раза «пра», — ехидно подсказал Килиан.

— Обоих! — не менее злобно посмотрела на синего гада. — Отращу крылья и побью!

— У меня тоже есть крылья, — ухмыльнулся дракон. — Не догонишь!

Обстановка разрядилась, напряжение спало. Улыбались все, от лорда… дедушки до Рокета.

Дальше меня забросали вопросами о моей семье, тут очень к месту пришёлся мой архив в браслете, где была куча фотографий и видео с разных семейных мероприятий и просто случайно заснятые и бережно сохраняемые забавные моменты из жизни одной большой семьи, в которую через десяток браков объединились два вида бессмертных.

В какой-то момент Килиан заявил, что пойдёт собирать дрова, а то костёр почти прогорел. И хотя неподалёку было полно сушняка, бродил он пусть и в пределах видимости, но дальше, чем это нужно. Наверное, ему тяжело было видеть, как тот, с кем его объединяла общая беда, обрёл семью, а ему самому подобное точно не светит.