Невеста сумеречной Тени

Я видел, как брат пытался справиться с этой силой, но ничего сделать не смог. Когда я нашёл Эмиля, то решил во что бы то ни стало понять, как работает Тень и её проклятье. — Голос мужчины дрогнул, но он быстро справился с собой. — Прошу прощения, миледи, это не самые приятные воспоминания.

— И вы меня извините, господин Рейснер. Не хотела вас расстраивать. — Я нервно тереблю пояс халата, разглядывая руки. — Можно ещё один вопрос: сколько Эмилю осталось?

Вот ведь странность: мне нет дела до великого князя. Даже если он прямо сейчас отойдёт к проклятым, я даже переживать не буду.

Господин Отто снова вздыхает. Его лоб прорезает глубокая складка, а морщинки вокруг глаз становятся отчётливыми. Вижу перед собой человека, повидавшего много горя, но сохранившего теплоту в душе, а я бестактно лезу к нему, словно слон в посудную лавку.

— Точных сроков мы не знаем, — тяжело отвечает целитель. — Одно я выяснил точно: чем меньше Эмиль пользуется Тенью, тем дольше сможет прожить. Наверняка вы видели, миледи, как он режет руки. Магия насыщается жизненной силой до тех пор, пока в теле есть кровь. Если бездумно использовать её, а ещё хуже — убивать, — тело будто растворяется в магии. Род Адельбергов, первых носителей Тени, придумали это проклятье во времена революции как раз для того, чтобы получить опаснейшую армию в мире в короткие сроки.

— Подождите, — хмурюсь я. — Вы сказали, проклятье наложила предыдущая императорская семья? Но в книгах пишут, что маги Тени были прокляты всегда, даже самих Адельбергов зовут Проклятым родом.

— Историю пишут победители, — грустно улыбается господин Отто. — Полагаю, так проще всех заражённых Тенью считать врагами, не деля на категории: по своей воле это произошло или человек никогда не хотел этого. К счастью, у меня есть доступ в императорскую библиотеку, где ещё остались засекреченные записи столетней давности. Прошу вас не распространять это знание, что бы не начались вопросы, откуда вы узнали подобную ересь.

Я киваю, погружённая в свои мысли.