Невеста моего сына

Знаешь, как их правильно чистить?

— Нет, я об этом меньше всего думала, — рассмеялась она, слизывая сладкий сок с губ. — Кое-как разрезала и ладно.

Я взял третий плод, разрезал пополам рядом с косточкой. Надрезал оранжевую мякоть на квадраты и вывернул так, что половинка стала похожа на ежика.

Саша с благоговейным восторгом приняла дольку и аккуратно откусила квадрат.

— Так действительно удобнее, — сказала она с забитым ртом.

Видела бы она себя, перемазанная соком, довольная и голодная.

— Доедай.

Она что-то промычала ответ, принимаясь за другую половину.

В ванной — спартанские условия. Душ вбит в стену, туалет рядом. Даже без шторки. Мне не привыкать, интересно, как отреагирует Саша. Хотя не похоже, что она сильно избалована комфортом.

Избавляюсь наконец-то от одежды. Член качается тяжелым маятником и как компас, указывает туда, где Саша. Что поделать, если манго ей хотелось сильнее. Но все равно не могу на нее злиться. Она честна в своих желаниях и когда-нибудь все-таки наестся.

Вода еле теплая, но хоть освежает. Обмотав полотенце вокруг бедер, выхожу в номер. Картина не поменялась. Разве что вокруг стало только больше кожуры, а Саша теперь едва ли не вся измазана сладким соком. Оранжевые капли текут по обеим рукам и подбородку.

— Почистить еще?

Саша отвечает не сразу. Ее взгляд с удивлением скользит по моему торсу, животу и останавливается на полотенце на бедрах. Член под махровой тканью тут же дергается.

— А ведь даже не дал мне на него посмотреть, — задумчиво тянет она.

— А ты хочешь? Мне казалось, тебя интересует только манго.

Черт, это прозвучало совсем по-детски, но блин. Бесит, когда в противостоянии манго и моего члена, побеждает чертов экзотический фрукт.

Даже теперь Саша возвращается к чертовой оранжевой мякоти. Впивается в нее зубами, посасывает, втягивая щеки, и я уже не просто недолюбливаю манго. Я ненавижу его всей душой.

Но, разделавшись с долькой, Александра вдруг тянется к моему полотенцу и срывает его с моих бедер, как фокусник.

Она улыбается и тут же прикусывает губу, а ее темные глаза темнеют еще сильнее. Искорки растворяются в обжигающем черном пламени, оставляя только голод. Другой голод. На манго она все-таки смотрела иначе. Чувствую, как сами собой распрямляю плечи. Все-таки мы, мужчины, такие примитивные создания.