Невеста для мажора

Что я Макарова девочка. Его девочка. Мне казалось это до ужаса романтичным. Слукавлю, если сейчас не вздрагиваю украдкой, когда мою фамилию называют. Потому что каждый раз в голове его тёплый взгляд невероятных по цвету глаз, изогнутые в ласковой улыбке пухлые губы и горячие ладони на моих щеках."

"— О чём? — я не двигаюсь с места, когда парень шаг в квартиру делает. Встаю на пороге, преграждая ему путь.

— О нас, — лба касается его дыхание. Ресницы тут же начинают трепетать, а низ живота наливается приятным и таким знакомым томлением.

— Нет никаких нас, Макар, — я поднимаю красные от слёз глаза на переносицу любимого парня. — И никогда не было, как я понимаю. Я вчера говорила с Денисом. Он мне рассказал всё о споре.

Парень молчит. Дышать только начинает тяжелее. Резко подаётся вперёд, двумя руками за талию обхватывает и внутрь квартиры заносит. На комод усаживает и возвращается к входной двери, чтобы её захлопнуть и ко мне обернуться, опершись о неё спиной.

— И как байк, Макар? — кружева шорт хорошо отрываются, оказывается, если их чуть сильнее потянуть. — Быстро ездит?

— Я его не взял, — складывает руки на груди и смотрит пронизывающем до костей взглядом в моё лицо. Нет, я по-прежнему взгляда его избегаю, но чувствую его щекой. Чувствую каким-то шестым чувством. Именно тем, что физика объяснить не может.

— Отчего же? Совесть замучила? — я пальцами пытаюсь совместить оторванные кружева с тканью ночных шортиков. — Или вспомнил вдруг, что в постель ты меня так и не затащил? Чего же ты молчишь, Макар? Ты ведь о нас поговорить пришёл.

И всё. Пропадаю. Теряюсь в его взгляде, как путник в пустыне, который мираж увидел. Потому что мерещится мне нечто совершенно невероятное и мною до жжения в груди желанное. Мерещится, что в зеленых глазах щемящая нежность промелькивает. Такая, что поджилки трястись начинают и бабочки в животе вновь медленно оживают.

Пальчики дрогнули и послышался громкий треск ткани.

Я поклясться могу, что увидела, как он тяжело сглотнул. Как дрогнул кадык на сильной шее. И как язык пробежался по пухлым губам. А ведь я до сих пор помню их твёрдость.