Неудержимый. Книга XXXI

Кто-то скажет, что это бред, прикончи одного из официантов и займи его место…

Невольно я заметил, как один из официантов толкнул гостя и даже не извинился. Дилетант! Собрал на себе все взгляды, сейчас ему администратор за подобное голову открутит. Я усмехнулся, ожидая, что же сейчас произойдёт.

Администратор и правда появился, остановил его, что-то прошептал на ухо, тот кивнул, и они разошлись. Что-то в этом администраторе мне показалось знакомым… Черты его лица… Где-то я его уже видел… Администратор вновь остановился и притянул к себе рукой официантку, у которой были подозрительно большие бицепсы.

— Дмитрий, — меня окликнул Артур, — полагаю, теперь мы с тобой стали родственниками, предлагаю выпить за это, что скажешь?

— Скажу, что если буду пить за каждого нового родственника, то очень быстро окажусь на полу, — пошутил я.

Шутку Артур оценил, а вот выпить мне всё же пришлось. Он ведь не абы кто, а наш друг и будущий глава рода Дандевилей.

— Ты должен сказать торжественную речь! — пояснила Настя, вкладывая мне в руки усилитель голоса, — давай!

Вот же… Умница моя распрекрасная! Буквально столкнула с доски в пасти голодным акулам. А я тоже молодец, мог бы и подготовиться к такому событию получше. Теперь же зал начал постепенно замолкать, всё больше гостей обращали на меня внимание…

— Дорогие друзья и все, кто сегодня с нами! — я отсалютовал в зал бокалом с игристым вином, — благодарю вас за то, что нашли в своём плотном графике время, чтобы посетить столь важное для нас с Анастасией мероприятие…

Я сделал небольшую паузу и посмотрел на Настю.

— Если бы несколько месяцев назад мне сказали, что я женюсь на самой красивой девушке Красноярска, то я бы рассмеялся им в лицо, — улыбнувшись, я продолжил. — За столь короткий срок мы пережили много приключений, в том числе и смертельно опасных, так что можете быть уверены, мы знаем друг друга, мы верим друг другу и готовы прожить долгую счастливую совместную жизнь, можете не сомневаться! Любовь моя, подойди ближе, — я протянул руку Насте.

— Какие пафосные слова! — послышался весьма противный голос из глубины зала.