Неподходящий

Громкий звонок в дверь заставил его вздрогнуть и поспешно отключить проигрыватель. Проведя ладонями по лицу, словно снимая с себя морок усталости, который не хотелось демонстрировать кому не попадя, Сергей вышел в коридор.

Он не стал смотреть в глазок и сразу открыл дверь. И замер.

На пороге, чего он совершенно не ожидал, стояла Кира. Желанная до невозможности сделать вдох. Он, кажется, лишь теперь во всей полноте ощутил съедавшую его изнутри тоску. Кончики пальцев словно ныли от потребности поскорее дотронуться до самой прекрасной и необходимой девушки на свете.

— Зачем ты здесь? — спросил он наконец, с усилием разлепив застывшие, пересохшие губы. В голосе, не выдавая всех мучивших его чувств, прозвучало только усталое безразличие.

Наносное, конечно. В мире крупного бизнеса держать лицо учишься с первых дней, да так, что никогда не перестаешь себя контролировать. В свои почти сорок Сергей умел оставаться бесстрастным в любом состоянии. Даже когда внутри клокочет от бессилия и злости.

Внешний вид Киры довольно агрессивно сообщал о цели ее визита: яркий макияж, пышно уложенные волосы, облаченные, несмотря на мороз за окном, в тонкий капрон ноги, выглядывающие из-под ткани пальто, — в обычные дни она одевалась иначе.

— Ты же знаешь. — Кира посмотрела на Сергея красноречиво и с вызовом. — Ты знаешь, зачем я здесь, а я знаю, что ты это знаешь... — Она усмехнулась.

Уперевшись плечом в дверной косяк, Сергей в ответ вздернул бровь:

— А кто сказал, что мне это еще нужно? — получилось жестко, почти едко-насмешливо.

Лишь на секунду — одно сладкое мгновение, — глаза напротив расширились, и по прекрасному молодому лицу пошла рябь. Что-то было не так.

Вся эта сцена на пороге квартиры напрягала и приводила в смятение. А уж когда Кира на миг сбилась и Сергей успел заметить плещущееся внутри серых глаз отчаяние, стало и вовсе не до их последнего разговора.

Что-то определенно было не так.

— Да брось. — Кира вернула на лицо уверенную улыбку. — Ты меня хочешь.

Ее руки потянулись к пуговицам пальто. Высвободили одну, вторую... В расширяющемся вырезе все еще не появилось и намека на одежду.

— Кира... — предостерег Сергей, не двигаясь и едва дыша.

— Что? — Она облизала выкрашенные алым губы, и он взглядом проследил за кончиком ее языка. — Неужели выгонишь?

— Разумеется, нет.