Несовместимость (СИ)

Ещё и отца подключит… Интересно, куда пропал ролик? Главное, так вовремя появился и не менее вовремя исчез…»

Размышляя, что бы это значило, Егор повернулся, рассеянно скользнул взглядом по экрану телевизора. И уже отвёл глаза в сторону, как вдруг осознал, что там показывают Аню!

Сглотнув, он бросился к пульту, прибавил громкость.

«…водитель скрылся. К счастью, жертвой стала только коляска, ребёнок и мама не пострадали, отделались лёгким испугом. Будьте внимательны на дорогах! С вами Мария Понаронская.

Камера бесстрастно запечатлела, как двое мужчин – явно простые прохожие – помогают Анне выбраться из сугроба, как она плачет, прижимая к себе голубой конверт с младенцем. А потом картинка пошла в сторону и остановилась на расплющенных остатках коляски.

Судя по цвету, той самой, которую он пару раз наблюдал на фото из отчётов…

Чёрт, а он полностью снял наблюдение! Решил, что больше не имеет смысла…

- Аня! – побелевшими губами пробормотал Егор и бросился к телефону.

Он раз за разом набирал номер, но Анна не отзывалась.

«Заблокировала? Внесла в ЧС? Попала в больницу? – в панике бормотал Горин. – Или… спит? Конечно, легла спать и выключила телефон – у неё же грудной ребёнок! Диктор сказала, что никто не пострадал, значит, с Мишей и Аней всё в порядке. Наберу её завтра, а если не ответит, то сам к ним приеду…»

Ночь прошла отвратительно – он долго не мог успокоиться, а когда это наконец случилось, Егор сразу попал в полный кошмаров сон.

То ему снилось, как машина давит коляску, то как Анна целуется с Дивиным. Или видел себя на свадьбе, где на крики «горько» невеста поворачивала голову, тянула к нему вытянутые трубочкой губы, и он отшатывался, потому что это была Олёна.

По закону подлости его вырубило уже утром – на этот раз без сновидений. И Горин проспал до часу дня.

Наверное, спал бы и дальше, да разбудила незваная гостья.

- Я так и знала, что сам ты не соберёшься, - сквозь сон пробивался возмущённый голос матери, – поэтому приехала за тобой.

- Куда? Зачем? – спросонья он не понимал, что от него хотят.

Но проще было подчиниться, чем остановить мать. И он покорно поднялся, привёл себя в порядок и поехал с ней в родительский дом.

А там завертелось – Римма Евгеньевна, словно что-то подозревая, ни на минуту не оставляла сына без присмотра.