(Не)Желанная жена драконьего военачальника (СИ)

— Думаешь, он согласится?

— Нет, уверен, откажется. Но я всё равно попытаюсь.

— Понимаю, — кивнула я. — С родителями сложно спорить.

— С жёнами тоже, скажу тебе по секрету, — фыркнул он и чуть подался ко мне. — Кстати, в чае афродизиак.

— Что?! — я отложила чашку, поводила над ней кольцом, определяющим яды, но артефакт молчал.

А пока я паниковала, Шейн ещё приблизился. Обхватил мою талию руками и поцеловал. Я попыталась вскинуться, но руки беспомощно скользнули по его груди, потратив драгоценное время на возможное спасение.

— Виктория, если продолжишь так об меня тереться, поцелуями не ограничится, — усмехнулся он в мои губы.

— Мы же в академии, — процедила я сердито.

— Вот именно, а ты совершила новую ошибку.

— Какую же?

— Стёрла мой запах, — хмыкнул он и вновь поцеловал.

Как и вчера, он не торопился, словно у него в запасе всё время мира. Долго ласкал мои губы, целовал шею, а потом вообще проник рукой под рубашку. Тело отзывалось на его прикосновения, грудь тяжелела, внизу живота вновь зарождалось тянущее ощущение. И я всё-таки не выдержала, слишком свежи были воспоминания о том, что произошло в ванной. А стоило чуть расслабиться, как горячий язык проник в мой рот, придавая новые нотки наслаждения творящемуся безобразию.

Не знаю, сколько мы так валялись, я потеряла счёт времени. Шейн вдруг просто в какой-то момент остановился и приподнялся надо мной на руках. Оглядел довольно. Я тяжело дышала и не знала, злиться на него или предложить продолжить. Второе казалось предпочтительнее."

"— Вот теперь ты пахнешь мной, — удовлетворённо кивнул он и просто сел. — Скоро звонок, Виктория, тебе пора.

Я тоже села, собрала в кулак полы расстёгнутой рубашки. Теперь злость начинала перевешивать возбуждение.

— Хочешь меня? — он вновь подался ко мне, поддел пальцем мой подбородок.

Его губы остановились в считанных сантиметрах от моих. Дыхание защекотало чувствительную кожу. И я замерла в ожидании поцелуя. Но Шейн вновь отстранился, оставляя меня растерянно хлопать ресницами.

— Хочешь, — заключил он удовлетворённо. — Но я подумаю, стоит ли снова дарить тебе наслаждение. Или справишься сама?

Разочарование слилось со злостью и пониманием.